Таких грузили в продолговатую платформу с грубо сваренными колесами. Широкая телега, усеянная телами, переваливалась на ухабах, нещадно перекидывала тела от одного низкого бортика к другому. Сбиваясь с мерного шага, впряженные несколько десятков людей хекали от прибавившегося груза и злобно зыркали по сторонам. Но подгоняемые охранниками впряженные юнцы могли только безмолвно скрипеть зубами и награждать «пассажиров» многообещающими взглядами.
– Ты смотри, воспитание командного духа в действии, – прокомментировал человек увиденную картину. – Разряд в задницу, и пахать негры. М-да уж. Жестковато, но в чужую компанию со своими тостами не лезут…
В это время над караваном разнесся протяжный вой. Заслышав который, вся километровая змея каравана остановилась. В стороны брызнули стремительные силуэты проворных роботов. Разбегаясь тройками, дозоры шерстили окрестности на предмет опасностей, а вместе с ними выдвигались дозорные группы из людей. И пока внешнее охранение занималось оборудованием скрытных мест наблюдения, коробки стальных монстров рассредоточивались по округе и, присев на землю, замирали неподвижными истуканами, готовыми день и ночь охранять хозяев от всех опасностей.
Остальной караван неспешно раскладывался на постой. Спустя час суеты и непонятных для стороннего наблюдателя перемещений, лагерь пестрел шатрами и дымными рукавами костров. В отличие от другой стороны каравана. В этой части не было пышных шатров, пестревших в лучах солнца вкраплениями металлических нитей. Здесь только царили крики ярости, боли, свист энергокнутов и стояла пыль столбом.
Обессиленно валявшимся на земле доходягам не дали покоя. Выстроив тех в шеренги, охранники заставили юнцов еще и заниматься силовыми упражнениями. А как только общая разминка закончилась, всех способных стоять на ногах разбили на равные группы и развели по склонам, где за эту разношерстную компанию взялась другая группа людей и… роботов.
Косяк от души выматерился и едва не выдавил окулярами себе глаза. На склоне холма юнцов самым натуральным образом отдавали на растерзание роботам. Стальные монстры, размахивая оголенными мечами, гоняли доходяг и в хвост, и в гриву по всему склону, а настигая, украшали спину красными росчерками. И такая экзекуция продолжалась, пока на ногах не остался всего лишь пяток самых крепких парней. Все как на подбор. Юнцы, конечно, знатно выделялись на фоне всех остальных своим ростом, но самое главное, повадками.
Даже с такого расстояния Косяк видел, что ребятки непросты. В их походке были та легкость и врожденная грация, которые отличают ягуаров от бегемотов. Особенно сильно это выражалось у одного четырехрукого. У этого громилы с лицом, разделенным уродливым шрамом на две неравные части, кроме богатырского роста был еще и характер настоящего бойца, в чем он убедился, наблюдая за сумасшедшей схваткой, когда этот юнец за глаза прозванный «Бугаем», схватился с каким-то сумасшедшим стальным кузнечиком. И судя по тому, какой поднялся шум и гам после победы, парнишка оказался в центре небольшого скандала, собравшего немалую толпу.
Пытаясь разобраться в происходящем, Косяк пролежал на земле почти до самого вечера. Изредка отвлекаясь на «пожевать и кустики», он безотрывно следил за лагерем.
А получившийся скандальчик оказался с продолжением. Мальчишка, днем сумевший собрать вокруг себя немалую толпу, вновь оказался в центре всеобщего внимания.
Но теперь он был облачен в сегментированные доспехи, покрывающие тело с ног до головы, больше походившие на помесь рыцарских лат, усиленных грубым экзоскелетом пехотной брони. Но в отличие от полевой брони марсианской «саранчи», этот образец местного хай-тека выделялся монументальностью и грубостью. Но даже в таком облачении, увешанный оружием и щитами Бугай передвигался легко и свободно, и казалось, был готов сокрушить кого угодно.
Но когда Косяк увидел, с кем придется сражаться местному «муромцу», короткий ежик на голове зашевелился в попытке встать дыбом.
Вышедший на схватку монстр возвышался на два с половиной человеческих роста и был уродлив, как самый страшный кошмар.
Сплетение стальных конечностей из пластин, нагромождений щитков легко передвигалось в любом из направлений. Буквально в считанные секунды меняя «зад-перед» местами, робот гарцевал с завидной проворностью. А когда три пары ног украсились лезвиями продолговатых мечей, что со щелчками выросли из конечностей, Косяк только ошарашенно открыл рот и выматерился.
– Это же сколько нужно выпить и выкурить, чтобы додуматься до такой хрени?! – следя за передвижениями робота, Косяк восхищенно цокал языком. – Нет, ну это надо же… Блин, парниша, и что же ты собираешься противопоставить… Охренеть, вот это танцы!
