– Нужно кое-куда заехать. Подвезешь меня?
Денис в последнюю очередь ожидает такой просьбы и в связи с тем, что все еще злится на него, помог бы тоже в последнюю очередь, однако… Со стороны уличного туалет раздается издевательский свист. Дверца отворяется, и какой-то тип в синей робе начинает что-то неразборчиво выкрикивать. Мурат резко хлопает по плечу:
– Двигайся! Я запрыгну!
Осознание того, что все это время за ними следил его напарник по работе, прибавляет ногам скорости.
Когда они летят вниз по трассе вдоль сияющих лент фонарей, Денис откидывает голову назад и громко спрашивает, что теперь будет с работой. Мурат цепляется за его плечи крепче и сквозь шум ветра отвечает, что это уже неважно.
– Здесь налево.
Велосипед выезжает на заросшую дорогу во тьму приближающихся деревьев. Пахнет речной сыростью.
– Так ты скажешь, куда я тебя везу? – Денис с трудом объезжает ямку. Вокруг не видно ни зги.
Мурат говорит, что к заброшенной барже, на встречу с Кириллом. Про то, что Пегов попросил по возможности захватить Царева с собой, он умалчивает. Очень это все непонятно и пугающе, навевает кое-какие подозрения.
– В тот день, в палатке, – начинает он. В ответ слышится вопросительное мычание. – Кирилл написал тебе, я видел.
– Да. Мы потом встретились.
Мурат спрашивает, что они делали во время прогулки, о чем говорили. Вел ли Кирилл себя странно? Нет? А может, упоминал в речи его самого? Денис растерянно шутит, что этот разговор похож на допрос, и отвечает, что разговаривали они только о скором отъезде Пегова в Москву, а после долгого шоппинга ходили по рынку и ели уличные закуски.
Он выруливает под черные кроны подлеска. Сухие веточки и мелкие шишки хрустят под колесами.
– Какие-то сомнительные у вас места для встреч. И чего его ночью-то приспичило?
Хороший вопрос. Но Мурата больше всего беспокоит тот факт, что, несмотря на недавнюю встречу, Пегову зачем-то снова нужен Царев, еще и при таких интересных обстоятельствах. Какая бы ни была причина, Денис сильно рискует, и было бы правильным не втягивать его, остановить здесь и отпустить восвояси, в его Новосиб.
Строения заброшенного баржевого завода кренятся в сторону зыбкого обрыва. Большое судно, давно уже не используемое, прибито к ржавой пристани. Оно образует на реке некий черный участок, куда в прошлом отчаянные школьники ныряли на спор, пока однажды один из детей не утонул. Глубина там нешуточная, и достать дна с такого прыжка не всегда удается, а если и получается, низ и верх в яме теряются.
Ржавые ворота со сломанной цепью огораживают щетинистое здание с разбитыми окнами, с безмолвно кричащей дверной пастью. Листы шифера на крыше облуплены, заросшие мхом. Где-то поверх настила торчат частые осколки, как вздыбленная шерсть побитого зверя. Мурат знает, что внутри дико и грязно, кругом окурки, куча стекла и отсыревшего хлама. Это место – настоящая берлога для таких, как…
«Пыга?» – Сердце бьется мелко и быстро в нарастающем страхе.
Точно он. У стены с красным глазком сигареты между пальцев. Вокруг темень, но его низкую фигуру с опущенными плечами ни с кем не спутаешь. Рядом с ним о крыльцо всем своим карикатурно высоким ростом опирается Кирилл.
– Какое облегчение, что вас двое, – говорит он, привычно начиная с прелюдий. – Неважно выглядишь, Дэн.
Мурат чувствует угрозу подкоркой. Их сюда не просто так позвали, уж точно. Он делает шаг вперед, чтобы Кирилл переключил свое внимание с Дениса на него.
– Мы здесь, чтобы поговорить о нем?
Кирилл качает головой.
– Не только о нем. Обо всех нас.
Что за очная ставка? Красный глазок вспыхивает в последний раз, и Пыга топчет окурок ботинком. Слышно, как Денис громко сдувает прядь со своего лба.
– У нас с тобой договор был. – Пыга говорит низко и обманчиво равнодушно.
В его светлых глазах есть что-то разбитое и усталое. Свою кличку он получил как раз поэтому. Мурат давно не пересекался с ним вот так, лоб в лоб, но никогда не забывал, что Лапыгин – конченый на всю голову.
– И я его не нарушил.
Кирилл усмехается визгливо, не прикрыв рот.
– Это! – Он резко направляет палец на Дениса. – Это ты называешь «не нарушил»? Он в курсе всего.
Мурат разворачивается. Денис машинально тянется к нему, сжимая пальцы на локте. Да, он тогда подслушал их в туалете, но едва ли он понял, о чем шла речь.
– Надо же. – Мурат решается на блеф. Где Денис успел налажать, он выяснит позже. – Я пришел сюда, чтобы обсудить, как у вас яйца от каждого шороха поджимаются? Если на повестке дня нет больше ничего, кроме этого бреда, то желаю приятного вояжа…
– Закройся. – Тон Пыги предостерегающий. – Вы никуда не уйдете, пока я не разберусь во всем. Эй, ты, – Денис теряется от такого пренебрежения, – рассказывай давай.
– Слушайте, я вообще не при делах, понятно? – Его ответ звучит правдиво возмущенно. Он дергает Мурата за толстовку. – Ты куда меня привел? Это кто еще?
Мурат невольно проникается к нему уважением. Денис уверенно играет, и на короткое мгновение есть надежда, что на его притворстве можно выехать, однако Кирилл, будучи лицемером поискушеннее, мгновенно перекрывает лазейку.
