— Будешь носить всегда! — повторил я и притянул ее к себе.
Барышня подумала, что я хочу поцеловать ее и стала целовать меня.
— Я еще хочу, — сказала она оторвавшись.
Бросив ее на кушетку на спину, я задрал юбку. Отодвинув черный треугольник стринг, я вошел.
— Грудь, — скомандовал я.
Ирина обнажила грудь, схватив за соски я начал быстро двигаться.
Ирина стонала от боли и наслаждения, через какое-то время она затихла, и я завершил один.
Встав, я сел на кресло.
Ирина лежала молча с закрытыми глазами, вид у нее был растерзанный. Юбка была задрана, блузка растерзана. Вид был еще тот.
Рассматривая ее, я понял, что меня влечет к ней вновь.
— Нужно остановиться, — я пошел за сигаретами.
Барышня, услышав, что я выхожу пришла в себя и решила привести себя в порядок.
— Соски болят, — пожаловалась она, — когда я вернулся.
— Так ты и пришла за болью!
Ира попыталась присесть на кушетку, но это доставляло ей боль, и она встала.
— Я курил и смотрел на нее.
— Белье, ты какое должна была одеть?
— Я не успевала купить, — начала оправдываться она.
Я показал на место передо мной, и она покорно села. Проведя рукой по груди, посмотрел на гримасу барышни.
— К Лене поедешь?
— Нет, у меня нет сил!
Ира хотела встать, но я за ошейник посадил ее на место.
— Я не отпускал тебя.
— В девять приедешь ко мне домой и при полном параде, — я еще раз провел по груди рукой.
— Останешься у меня на ночь. Теперь можешь, — я снял ошейник и надел цепочку, цепочка низко висела и подобрав длину чтобы она была как можно выше, я защелкнул замок.
Лена лежала с отравлением.
— Грибов не тех поела? — поинтересовался я, при встрече.
— Ага, на рынке у бабушки купила баночку опят.
Выглядела она не очень, бледная и постаревшая.
— Как ты? Какие новости?
Я пожал плечами. Какие у меня новости, не скажу же я, что с ее «закадычной» подругой переспал.
— Все по-старому.
— Ирка сказала?
— Ага.
— Как она?
— Откуда я знаю, — соврал я.
Чтобы уйти от провокационной темы, решил спросить, когда выпишут.
— Не знаю, здесь не говорят, как анализы будут хорошие.
— От тебя странно пахнет, принюхалась она.
Принюхавшись к одежде, я не почувствовал ничего.
— Не знаю.
— Может у меня обоняние нарушилось, — оправдалась она.
— Ирка обещала сегодня прейти, — смотря мне в глаза сказала Лена.
— Ну может еще придет.
— Вряд-ли, сказала, что все тело ломит и грудь болит как перед месячными.
Разговоры были не о чем, а тема Ирины меня напрягала. Посидев еще немного, я стал собираться.
— Ладно пойду, — сказал я.
— Знаешь я, наверное, была не права склоняя тебя к отношениям, мне хотелось тепла и уюта, а ты сразу сказал формат.
Я пожал плечами, мне действительно было ее жалко, но я не хотел тех отношений которых хотела она. Мне не нужен борщ и кисель, сложенные аккуратно вещи, я уже привык жить один и меня вполне устраивало.
— Увидимся!
— Ты возьмешь меня на сессии, — уже возле двери спросила она.
— Возьму.
— Вещи мои не выкидывай, я вернусь. Можно?
— Выздоравливай, — я вернулся к Лене и поцеловал ее в лоб.
— Если хочешь возьми Ирку на терапию, я не против.
Я усмехнулся, вот как, теперь кого мне брать, а кому отказать, решаю не я.
— Черное или красное? — пришло сообщение от Ирины.
— Черное, — ответил я, понимая, что речь идет о белье.
Я заехал во взрослый магазин и купил такой же кожаный ошейник с замком и цепью.
— Вы все нижним покупаете, а себе не хотите ничего?
— А что для меня есть?
— Нарукавники, сбруи, шлемы наконец.
— Мне то зачем?
— Антураж возбуждает, вот вы оденьте маску, в ней, конечно, жарко работать, но вы почувствуете изменения в себе.
— Она вас тоже обезличивает, вы в ней можете быть другим человеком.
— Опять же свечи, они не только для антуража, но еще и в практике полезны в сочетании со льдом.
— Вы мне еще лед предложите! — пошутил я.
— Льда нет, а вот пробки есть!
— Возьмите кляп что ль, вас не смущают крики и стоны, с кляпом они более приятны уху и нижнему проще.
— Я бы вообще вас одела полностью, верхние забываю, что нижнему тоже нужен спектакль.
— Давайте вы сейчас добежите до гравера, а я вам подберу.
— Денег сколько это выйдет?
— Вы решили разнообразить свою жизнь, можно остановиться на плетке и ошейнике и свалиться в ваниль, но вы ко мне уже не первый раз приходите, значит тема вас зацепила. Довертись профессионалу!
— Дату рождения продиктуй мне срочно, — позвонил я Ирине.
Ирина сказала дату рождения.
— А тебе зачем?
— Памятник заказываю, — пошутил я.
— На той стороне возникла пауза.
— Правда зачем?
— Вечером узнаешь.
Гравер быстро выгравировал цифры.
— А вы решительный!
— Чего ждать то?
Вернувшись в магазин, я посмотрел, что подготовила для меня продавец.
— Я смешно в этом выглядеть не буду?
— Я выбирала для вас со знаем дела, мне бы такой костюм у моего верха очень понравился.
— Будете примерять?
— Нет, я же могу вернуть, если мне не понравится?
— Нет, товар не подлежит обмену и возврату, — девушка показала на объявление.
— А ваш верх против костюмов?
— К сожалению да.
— Размеры универсальные, — девушка показала мне как регулировать размер.
— А это зачем, на сколько я понимаю это женская игрушка?
