– Клинок Тайн, – говорит Темра, подходя к нам и отвлекая внимание от меня. – Он раскрывает секреты тех, кого ранит.
Она, как всегда, очень умна. Сосредоточив внимание на одной из способностей меча, Темра оставляет в секрете его неуязвимость и невероятную мощь.
– И как же ты его сделала? – раздается позади нас, и я вздрагиваю от неожиданности.
Келлин присоединяется к нам у костра. Он слегка вспотел, вероятно, только что закончил тренироваться с мечом.
Он терпеливо ждет моего ответа.
Он же не знает? Откуда он мог узнать? И все же именно он задал этот вопрос.
– Я шептала ему свои секреты.
– Какие секреты? – спрашивают одновременно Петрик и Келлин.
Петрик хочет знать из-за своей книги. Келлин – из-за любопытства, но я просто игнорирую их обоих.
– Например, что она тайком таскает ириски из кладовки, – говорит Темра, скрестив руки на груди.
– А, – отзывается Келлин. – Так вот какие секреты ты хранишь. – Он ухмыляется мне.
Мое лицо просто пылает от того, что я знаю правду. В тот день мне так сильно хотелось прикоснуться к стоящему далеко Келлину, что меч обрел способности для ведения дальнего боя.
– Можно мне испробовать этот палаш? – спрашивает Келлин.
– Что? – отвечаю я.
– Меч. Клинок Тайн. Можно мне попробовать?
– И кого же ты собираешься им ранить?
Келлин тут же переводит взгляд на ученого.
– Нет, – говорит Петрик. – Я плохо переношу вид крови и отказываюсь участвовать в твоих непродуманных идеях.
– Отлично, – говорит Келлин, раздражаясь. Вместо этого он поворачивается ко мне. – Тогда ты используешь его на мне.
– Ты хочешь, чтобы я тебя поранила? Но для чего?
– Простое любопытство. Хочу знать, что палаш тебе скажет. Хочу проверить, действительно ли он работает.
– Нет, – говорю я одновременно с тем, как Темра произносит:
– Хорошо.
– Конечно, этот палаш работает, – продолжаю я, игнорируя Темру, – но я не собираюсь ранить тебя.
– Я это сделаю, – заявляет Петрик.
– Ты сказал, что не переносишь вид крови, – говорит Келлин.
– Я закрою глаза.
– Ни в коем случае, – отрезаю я.
Темра наклоняется ко мне.
– Это может быть полезно, – шепчет она. – Ты же хотела знать, можно ли ему доверять.
– Он заметит, что мечу на самом деле не нужно касаться его, чтобы порезать, – шепчу я в ответ.
– Значит, мы заставим его отвернуться.
– А Петрик?
– Ты же слышала. Он ненавидит вид крови.
– Хорошо, – рявкаю я, вероятно, громче, чем нужно. Я топаю к Рее, которая машет мне хвостом, и возвращаюсь к костру с Клинком Тайн.
Темра садится рядом с Петриком.
Келлин уже закатал рукав. Он выжидающе смотрит на меня.
– Отвернись, – приказываю я ему.
– Я совсем не боюсь.
– Мне все равно. Я не могу этого сделать, пока ты смотришь. Так что, если хочешь, чтобы я тебя порезала, отвернись.
Он закатывает глаза, но все же отворачивается.
Я бросаю быстрый взгляд в сторону Петрика: он зажмурился и зажал двумя пальцами нос, словно боится почувствовать запах крови.
Темра ободряюще кивает мне.
Келлин даже не моргает, когда тонкая струйка крови появляется на мизинце руки, которую в бою он использует реже. Работая наемником, он, должно быть, привык ко всевозможным травмам.
– И что теперь? – спрашивает Келлин. – Ты задаешь мне вопросы, а я отвечаю? Этот палаш заставит меня быть честным?
– Он работает не так, – говорю я, но теряю ход мыслей, когда голос наемника заполняет мой разум.
Я бросаю меч и отхожу от него, как будто клинок может сказать что-то еще более оскорбительное.
Оскорбительное? Не совсем подходящее слово.
Келлин смотрит на меня, и я чувствую, что мои щеки горят, подобно раскаленному железу. Это смущает. Заставляет меня чувствовать себя неловко.
Да, подобные формулировки подходят лучше.
– Что значит
Я не сразу нахожу, что ответить.
– Палаш раскрывает твои мысли. Обычно те, что важны для того, кто держит клинок.
Келлин ухмыляется.
– И что же он тебе сказал, кузнец?
Без всякой на то причины я начинаю кашлять. Вероятно, чтобы как можно дольше не отвечать. Темра мгновенно понимает эту тактику, но я надеюсь, что наемник – нет.
Наконец я перевожу дыхание и говорю:
– Ты взволнован возвращением в Терсу. Ты сказал, что мы практически платим тебе за отпуск.
– Верно, – соглашается Келлин. – И это все?
– Ты сказал, что с тобой мы в безопасности.
– Что-нибудь еще?
– Н-нет.