Клинок Тишалла полностью

Она строила тело изнутри, начиная с мозга и позвоночника, — точная настройка нервных тканей ускоряла самосозидание и увеличивала силу, которую Пэллес черпала в реке. Она начала переживать эффекты дублированного восприятия: затуманивающий параллакс, похожий на зрение человека, ослепшего на один глаз.

Когда мозг и нервы были наполовину переделаны и помещены в колыбель из ила, ее обостренное восприятие помогло ей почувствовать вторжение слепого бога.

Он втекал в нее, как масло. Она закашляла от жира, который сочился через ноздри, скользил между губ, вливался в уши, как яд, теснил грудь, проникал в прямую кишку и влагалище. В то же мгновение ей показалось, будто в животе лопнул огромный гнойник, забрызгав внутреннюю полость гноем и желтоватой гнилью. Масло начало изливаться из ее рта и носа, потекло между ног, заражая весь мир. И в этом не было ничего удивительного. Она вдруг поняла, чем было нагноение. Она знала слепого бога, и слепой бог прекрасно знал ее. Канал, соединявший их, представлял собой сложную часть бытия богини. Через этот канал слепой бог влился в песню.

Именно эта связь заставляла Веру кричать и корчиться от боли.

Слепой бог проник в нее и наполнил собой. Она с криком открыла глаза Райте. Слепой бог взглянул на Анхану, заросшую джунглями, и, хохотнув в ее черепе, прошептал причудливым голосом Ма’элКота:

— Хм, как эффектно. Нам нравится, что вы сделали с этим местом.

В ответном крике она выразила боль реки.

— Прошу тебя, милая девочка.

Она содрогнулась больше от отвращения, чем от боли.

— Эти джунгли нарушили порядок. Конечно, тебе больно. Но это просто боль — не более того. А теперь вообрази, что ты могла бы сделать, если бы действовала целенаправленно.

Перед ее мысленным взором появились образы, собранные в плотные гроздья. Каждая лужа превращалась в богатый пруд. В каждом поле разрастались пшеница и злаки. Рыбы буквально кишели в реке, так что люди, стоявшие вдоль берегов, могли ловить их руками. Скот и свиньи круглый год приносили здоровое потомство.

— Нужны бревна для строительства домов?

Желуди, упавшие в грязь, через несколько дней становились рослыми дубами — хотя в ее неправильной весне они вырастали за час.

— Грязный воздух?

За одну-единственную ночь миллионы новых деревьев — огромные дождевые леса — воссоздали порядок в атмосфере.

— Только одна твоя река может прокормить миллиарды живых созданий.

— Но ты убьешь миллиарды, чтобы дать это им, — ответила Пэллес.

Она собрала жуткие образы деревень, наполненные раздувшимися трупами; образы Анханы, где люди гибли от рук убийц.

— Ах да, болезнь. Ну уж прости за это.

— Простить? ПРОСТИТЬ?!

— Довольно упреков! Ты должна понять, милая девочка, что это было инстинктивным — хм, мы можем сказать, неосознанным — маневром с нашей стороны. Еще с тех дней, когда название «слепой бог» было более чем метафорой.

Перед ней возник образ новорожденного младенца, который с закрытыми глазами искал губами материнский сосок.

— Как хорошо, что мы позволили Ма’элКоту войти в наш союз. Его видение делает суть явлений ошеломляюще ясной. Подумай о болезни с такой точки зрения.

Она увидела дуб, стремительно выросший на плодородной почве; увидела молодые побеги, превратившиеся в ветви; на ветвях под лучами солнца распускались листья, образуя густую крону. И к тому времени, когда дуб вырос, весь подрост под его ветвями погиб от недостатка света.

— Вполне естественный процесс. Ничего личного. С другой стороны, разве наш успех неоспорим? Мы одним взмахом расчищаем место для нового мира. Впрочем, можно кое-что вернуть назад. Однако прежде нам следует решить проблему, которую ты создала, не так ли?

— И из-за нее ты лишил меня жизни?!