Ругаясь на весь этот ненормальный мир, на равнину, на звезды над головой, на оборотней в целом и на Айса в частности, я сильным ударом вбила железный прут в лед. Работа оказалась чертовски тяжелой — уже через минуту с меня градом лил пот. Пришлось скинуть меховую куртку. Вскоре за ней последовала и проверенная всеми невзгодами ветровка.
С остервенением раскалывая алмазно-твердый лед, я громко и четко высказывала все, что думаю о твердолобых мужчинах, которые не способны видеть дальше своего носа, вкладывая в каждый удар лома всю накопившуюся злость и обиду. Ледяная крошка веером разлеталась в разные стороны. Дальше в ход пошли логические рассуждения.
— Меня спасли — это плюс, — прут отколол крупный кусок, по форме напоминавший Гренландию. — Какая разница, из-за чего? Я нахожусь здесь слишком мало времени, чтобы делать какие-либо выводы. Меня хотят убить — это минус. С какой стороны ни глянь. Айс защищает меня — это плюс. Защищает из-за того, что боится тех, кто будет мстить — это минус. Если оборотни решат меня убить — это минус. Все. Тупик. Плюсов больше не предвидится, — я еще раз врезала ломом по льду. Прут с неожиданной легкостью пробил преграду и почти полностью погрузился в песок. Осторожно выудив его обратно, я уже приготовилась работать дальше. Все-таки трудотерапия приносила свои плоды. Громить кузню Айса я уже раздумала, на смену этому пришло жгучее желание выцарапать ему глаза.
— Сабира…
Оглядываться совсем не хотелось, но пришлось. Оборотень стоял прямо за моей спиной, и звездный свет мягко переливался на его разноцветной гриве.
«Знает. Точно знает, что я все слышала. Наверно, по запаху определил, что я долго топталась рядом с дверью. И не побоялся же прийти. Интересно, давно он здесь?» — зло подумала я и финальным аккордом, пожелав всем ни дна, ни покрышки, откинула лом в сторону.
— Сабира, ужин готов… — Айс переводил удивленный взгляд с меня на лом, потом на раскуроченный лед и обратно на меня. Видимо, результаты здорово его впечатлили.
— Да неужели? — едко осведомилась я. С приходом оборотня обида вспыхнула с новой силой. — А яду насыпать в похлебку не забыл? Сам не можешь, боишься? Так попроси своего приятеля, он с удовольствием это провернет! Небось, от нетерпения весь извелся…
— Сабира… — Айс нахмурился, словно принимая трудное решение.
— Какого черта приперся?! Чего тебе от меня надо? Я рассказала правду. Правду! Понимаешь ты или нет? Нужны доказательства? Да, пожалуйста, не жалко! — я схватила лом, зажмурилась, и с силой вонзила его в песок, уже наперед зная, что случится.
Прут погрузился почти целиком, но только почти, что-то не пускало его дальше. Я разрыла холодный рыхлый песок, потратив на это пять минут своей драгоценной жизни, и выудила причину — иззубренный широкий клинок без рукояти.
— Вот! — обломок, звякнув, ударился об землю рядом с ногами Айса. — Я просто нахожу ножи! И ничего более. Понятия не имею, что у вас тут происходит, какие счеты у людей и оборотней, кто кого и когда обидел, кто кому должен и кто кого ненавидит — меня это не касается. Больше всего на свете я хочу домой, в свой мир. К папе, маме и друзьям! — слезы, так долго сдерживаемые, прорвались наружу, и я, усевшись прямо на лед, снова разрыдалась.
— Сабира…
— Пошел к черту! — всхлипнула я.
Однако Айс и не собирался уходить. Он задумчиво повертел в руках мою археологическую находку, потом вздохнул и уселся рядом со мной.
— Это ковали очень давно. Сталь тогда была не чета нынешней. Смотри, ржавчина так и не смогла прогрызть металл. А ведь этому клинку больше двух тысяч лет…
— Откуда знаешь? — я шмыгнула носом и навострила уши. Если уж Айс что-то начал рассказывать сам, без моих понуканий, то это стоило внимания.
— Я разбираюсь в оружии. Наверно, это единственное, в чем я хоть что-то смыслю. Клинок ковали во время восстания Ворона или даже раньше. Скорее всего, в кузне оборотней. Видишь руны?
Я кивнула и спросила:
— А почему он сломан? Здесь что, была битва?
— Тогда повсюду была битва, — Айс отстранено разглядывал обломок, осторожно водя пальцем по линии кровостока. — И нам почти удалось выбить их, если бы не… — оборотень замолчал.
— Если бы не что? Расскажи, пожалуйста, — от любопытства слезы моментально высохли.
— Расскажу, но в обмен на одну вещь, — Айс сжал клинок в руке так сильно, что лезвие с легкостью прорезало кожу. Темные капли тут же украсили лед. — Сабира покажет мне тот нож, который по ее словам перенес ее сюда.
— А разве ты его не видел? — я смотрела, как темные пятна расплываются на черно-белом льду, делая его пористым. — Он был у меня за поясом, пока я бродила по пустоши. А потом оказался в моем рюкзаке. Разве не ты его переложил?
Айс отрицательно покачал головой:
— Я не видел никаких ножей среди вещей сабиры.
— Хорошо, согласна. Я могу тебе его даже подарить, если понравится. Все равно от него никакого толку — обратно он меня переносить не хочет.
