— Наверное, он из тех трудоголиков, которые тянут большую часть работы, — произнёс я вслух, — в то время, когда другие отдыхают.
— Его величество не раз высоко оценивал труд маркиза, — уклончиво ответил барон. — Вот мы и пришли.
Мы остановились перед тяжёлой, обитой железными полосами дверью, которую охраняли два нубийца.
— Барон Максимильян к маркизу Гаросса, — произнёс офицер, и гвардейцы молча посторонились. — А мне, к сожалению, пора возвращаться. — Жазарэ протянул мне руку, прощаясь. — До конца смены ещё очень далеко.
— Приятно было с вами познакомиться. — Я вежливо пожал руку и поклонился.
«Ну-с, посмотрим, что у вас тут за маркиз», — с такой мыслью я постучался в дверь и, дождавшись разрешительного восклицания, вошёл.
Ещё даже не переступив порог, я проникся обстановкой: кабинет маркиза напоминал небольшую библиотеку с множеством стеллажей, а где-то за ними, в глубине помещения, был виден свет и темнел стол. Проходя между полок, я присматривался к аккуратно расставленным книгам и свиткам. Каждый стеллаж был пронумерован и имел свои обозначения, правда, я в них ничего не понял. Но вот библиотека закончилась, и я попал в небольшую комнатку, залитую светом из окна с мутноватым, но всё же достаточно прозрачным для проникновения лучей светила стеклом. Сбоку от окна располагался широкий стол, заваленный кипами пергамента, а за ним, склонившись над бумагами, сидел хозяин. Я молча подошёл к столу и присел на свободный стул. Хозяин промычал что-то извиняющееся, показав пером на лист, и мне пришлось ждать, пока он закончит работу.
За это время я успел хорошо рассмотреть маркиза. Вероятно, невысокого роста, так как сидя он едва виднелся из-за стола, лысоват, скорее всего с испорченным зрением, потому что чуть ли не уткнулся носом в пергамент, записывая в него что-то. Я прикинул его возраст, вероятно, лет сорок с небольшим, по местным меркам уже старик.
— Прошу меня извинить, барон. — Маркиз быстрым росчерком поставил свою подпись и отложил листок на край стола.
Немедля сбоку открылась дверь, в комнату беззвучно вошёл слуга и забрал написанное, хотя маркиз, как мне показалось, не подал никаких видимых знаков.
— Это моя вина, маркиз. — Я встал и поклонился. — Я обещал графу посетить его и вас в обед, но столичные дела совсем меня закрутили, только сегодня выдалось несколько свободных часов, и я решил выполнить своё обещание. Так что я сам должен просить прощения за то, что оторвал вас от работы.
Маркиз внимательно на меня посмотрел, и я заметил, насколько у него утомлённое лицо и невыспавшийся вид. Он потёр глаза руками и сказал:
— Сын, едва успев оправиться от ран, уехал в имение на охоту, — он осуждающе покачал головой. — Так что ваши извинения не принимаются, барон, он должен был более внимательно относиться к своим приглашениям.
— Видимо, у графа появились срочные дела, — попытался я защитить Гароссу, всё-таки он был со мной любезен во время дуэли.
— Нет у него дел, — отрезал маркиз чересчур резко. — Юбки, лошади, охота — вот и все его дела.
Не зная, что сказать, я промолчал. Повисла неловкая пауза.
— Я наслышан о вас, барон, — нарушил молчание маркиз. — В таком возрасте — и уже солидная должность, своё дело, и весьма успешное. Похвально, похвально.
— Вы слишком завышаете мои скромные заслуги. В деле мне принадлежит всего одна треть, — не стал скрывать я.
— Это неважно. — Маркиз побарабанил пальцами по столешнице. — Важен сам факт. Протекции у вас, как я знаю, нет, его светлость слишком занят своими делами, чтобы участвовать в вашем деле, а вы тем не менее справляетесь, и вполне успешно. К тому же, как меня информировали, вы ещё и отличный боец. Должен сказать, что удивлён.
— Живу в глуши, приходится учиться многому, чтобы сохранить себе жизнь и здоровье, — улыбнулся я.
— Достаточно скромен, чтобы принижать свои заслуги, — вслух, но явно про себя проговорил маркиз, слегка задумавшись.
Я промолчал.
— Господин барон, откровенно говоря, я не ожидал ничего особенного от нашей с вами встречи. Собственно, я думал, что отдам вам долг вежливости и признательности, но сейчас у меня складывается о вас хорошее впечатление. Вы не будете возражать против того, чтобы рассказать мне некоторые подробности о вашем предприятии, связанном с гномами? Мне бы хотелось оценить ваш профессионализм и подход к делу.
— А зачем это вам? — удивился я резкой смене стиля разговора от «непринуждённо-дружеского» к варианту «начальник — подчинённый».
— Хотелось бы понять, насколько вы образованны и умелы. — Он стряхнул с рукава невидимую пылинку. — К сожалению, не всегда люди являются теми, кем выглядят.
— Совершенно с вами согласен, — ответил я и только после того, как ответил, понял, что и вопрос, и ответ прозвучали на таронском языке.
— Где вы изучали таронский? — даже не мигнув, спросил маркиз уже на другом языке, очень похожем на диалект кочевников.
— То там, то сям, — ответил я на том же языке.
— Думаю, этот же ответ я получу, если спрошу, где вы изучали газарский? — слегка прищурившись, на ужасном гномьем спросил он.
