— Погоди, — опешила я. — Тогда с какой радости они Пресветлой служат, раз у них свои боги имеются?
— А вот это не твоего ума дела, — отрезал Морвид. — Пойди лучше подними нашу менестрельку. Девица с непривычки могла в обморок грохнуться.
Я направилась было к девушке, но меня остановил окрик Бриана.
— Ольна, постой! — Я замерла и вопросительно уставилась на барона. — Повтори, как тебя Лемираен назвала, — попросил он.
Не чувствуя подвоха, я сказала:
— Двуликая, а что?
Бриана перекосило, жрец уронил на землю фляжку, а квартероны вмиг оказались на ногах.
Над полем повисло тягостное молчание.
Предчувствуя, что сейчас случится что-то нехорошее, я осторожно уточнила:
— Вы чего? Я-то откуда знаю, почему меня так назвали?! — Вернее, знаю, но рассказывать не собираюсь.
— Что тебе сказала богиня? — прошипел барон. У него выражение лица было такое, что еще миг — и он кинется меня убивать.
С перепугу темнить не стала.
— Приказала выполнить ее желание. Какое, сказать не могу, но, если выполню, наградит. А что в этом такого-то?
Все недоуменно переглянулись.
— Точно просила желание ее выполнить? — переспросил Морвид.
— Мне именем богини поклясться, что не вру?
— Да. Поклянись, что богиня приказала выполнить ее желание, и ты сделаешь, как она просит, — от напряжения голос Бриана звенел.
Удивленная и даже не на шутку перепуганная происходящим, я повторила за бароном слова клятвы. Лишь когда была произнесена последняя фраза, все немного расслабились. А я поняла, что под давлением обстоятельств подписалась на задание Игрока, то бишь Арагорна. Хорошее настроение от возвращения из мира туманов словно ветром сдуло.
Тем временем жрец, подобрав фляжку с земли, проковылял до своей сумки и, порывшись в ней, выудил на свет замусоленную книжицу. С самым задумчивым видом принялся ее читать. Близнецы же оттащили барона в сторону и начали о чем-то шептаться, бросая на меня настороженные взгляды. А я пошла к девушке, которая действительно пребывала в глубоком обмороке. У меня создалось впечатление, что если и раньше она не сильно интересовала команду, то теперь совсем никому до нее нет дела. Если я не приведу ее в чувство, то они бедняжку оставят валяться в беспамятстве, а сами уедут. Похоже, что краткий пересказ беседы с Лемираен вызвал эффект разорвавшейся бомбы.
Эльму я нашла в обморочном состоянии. Девушка никак не реагировала на окружающее, лишь слабо застонала, когда я принялась хлопать ее по щекам. Пришлось взять ее на руки и отнести к месту стоянки, чтобы там вновь пытаться привести ее в чувство.
Пощечины и холодные примочки не возымели нужного действия, нюхательных солей с собой никто не возил, а уксус я таскать перестала после того, как он пролился из фляжки в сумке и все вещи им провоняли.
— Благослови, — нехотя буркнул жрец, видя мои безуспешные попытки. — Или кинь в нее слова душевного исцеления.
Я скривилась, но послушалась. После явления богини мне не хотелось вновь прикасаться к силе, однако деваться было некуда. Вдох, легкое касание внутри себя, слова: «Пусть будет свет с тобой и богиня Покровительница!» — и щеки девушки порозовели, дыхание выровнялось. Я осторожно потерла кончики ее ушей, она открыла глаза.
— Что это было? — слабым голосом спросила Эльма.
— С тобой тепловой удар приключился, — поспешила пояснить я. Не хватало еще, чтобы потом по свету слухи пошли гулять, что она была свидетельницей явления Лемираен. Я подозревала, что в этом мире менестрели исполняли роль желтой прессы. — Солнце слишком яркое, тебе макушку напекло.
Но, похоже, девушка мне не поверила.
— Там такое сияние было, и голос…
— Вот-вот, — закивала я. — И я про то же. Солнце слишком яркое сегодня, аж глаза слепит. А с перегрева все что угодно может показаться.
Эльма недоверчиво глянула на меня, приподнялась на локтях и вопросительно посмотрела на других участников команды. Но все уверенно закивали, подтверждая мои слова. Похоже, все единогласно решили, что чем меньше девушка знает, тем нам лучше и спокойней.
Из-за слабости Эльмы пришлось задержаться на отдыхе лишние полчаса. За это время девушка не только успела прийти в себя, но и вновь начать музицировать. Морвид не отрываясь читал свою книжицу. Не знаю, что такого в ней было написано, но взгляд у него был отрешенный, словно мыслями он витал далеко отсюда. А вот квартероны и барон смотрели на меня враждебно, будто опасались или в любую секунду ждали подвоха.
После явления богини на меня стали коситься, как на прокаженную.
…До столицы государства Тимарис оставалось четыре-пять дней верхом. Об этом мне сообщила менестрель. Теперь, когда в команде со мной не разговаривали, я невольно сблизилась с девушкой.
