Перед Вами завершающий роман трилогии Макса Ридли Кроу «Ключ Эдема» о противостоянии могущественных орденов в попытке захватить власть над миром! Непримиримые враги – ассасины и тамплиеры – повержены. Отныне Созидатели вершат человеческие судьбы. Для начала новой эры осталось лишь одно – отыскать Ключ Эдема. Но есть те, кто все еще готов, рискуя жизнями, бороться за человечество, свободу и истину. Они вступают в неравную схватку с могущественной организацией Созидателей. Но не остановятся ли они, когда узнают, что на самом деле является Ключом Эдема?
От музыки вибрировали зубы. В черепной коробке гудели басы. Между землей и синим, пронзенным световыми иглами небом лежало облако искусственного дыма. Ди-джей за пультом на специальной площадке дергался в такт своим ритмам, заставляя радостную толпу пульсировать в музыке. Тела искривлялись не то в экстазе, не то от боли. В сизых клубах сверкали короткие пестрые одежды девушек, яркими бликами мелькали одежды юношей. Будто стайка канареек, бьющаяся в агонии.
Человек за барной стойкой бездумно смотрел в рюмку. Он был не так далеко от колонок, чтобы музыка ему не мешала, но уже научился ограждать себя от внешнего шума. Можно сказать, здесь ему было тише и комфортнее, чем на безмолвной ночной улице. Чем громче – тем выше стена между ним и полуночью.
– Еще, – сказал он, подвигая пустую рюмку к краю стойки.
Бармен не мог его услышать. В таком шуме едва ли кто-то заметил бы даже вой сирены. Несколько девушек отвлекли его просьбами о каких-то приторно-сладких коктейлях, которые нужны, только чтобы выпотрошить карманы прыщавых дурачков, оплачивающих надежду на первый секс.
– Я сказал: еще! – рявкнул он громче, ударив кулаком.
– А можно потише?! – послышалось гнусавое возмущение.
Обернувшись, он увидел сидящую в метре от него блондинку с выбеленной гривой и пухлым задом, который едва вмещался как в атласную юбку, так и на барный стул. Он осклабился и разразился такими матерными выражениями, что напудренная особа изумленно разинула рот. Наверняка, она могла ответить и похлеще, если бы не растерянность. Мало кто согласится спорить с человеком такой внешности, которой обладал необычный посетитель ночного клуба. Он был достаточно высок, метр восемьдесят, что было большой проблемой в его прошлом. Оттого он и стал сутулиться, и теперь едва ли мог разровнять плечи. Наклоненный вперед корпус с втянутой шеей делал его похожим на волка, готового к бою. Ему недавно исполнился пятьдесят один год, хотя внешне он выглядел на все шестьдесят, а здоровьем и силой не уступал многим двадцатилетним. Кожа была смуглой от солнца, обветренной, глаза блеклые, ресницы бесцветные, а светло-русые волосы, вперемешку с сединой, напоминали шерсть старой собаки – так же торчали нечесаными клочьями из-под кепки со скрученным по старой моде козырьком. И если кого-то не отталкивали множественные наколки на обеих его руках от пальцев и выше, так похожие на тюремные, то уж лицо со скошенной набок челюстью могло отпугнуть кого угодно.
Он непременно сказал бы что-нибудь еще опешившей девице, если бы в его руку не уткнулась наполненная рюмка. Отвернувшись, он влил в горло мягкую «Finlandia», рыкнул себе в кулак, засыпал в рот горсть орехов из общей миски и, обтирая ладони от соли, направился к санузлу.
У входа в туалет собрались группы мальчиков и девочек, уставших от шумной музыки, но не настолько, чтобы уйти. Они переглядывались и хихикали, не задумываясь, как раздражают направляющегося к дверям мужчину.
Он вошел. Удивительно: здесь пусто и тихо. Только бежит вода из крана. Инфракрасный датчик заклеен пластырем. Видимо, какой-то шутник решил бросить вызов системе, но на большее не хватило, кроме как в нужнике сливать воду.
Он смачно харкнул в умывальник, посмотрел на свое помятое лицо в зеркале. Трудно представить более неподходящего человека для гламурной обстановки санузла в ночном клубе. Он подошел к писуару и сосредоточился на важном деле. Его не отвлек даже скрип двери. Досадно, что одиночество кто-то нарушает, но глупо думать, что никому больше не пришла в голову идея опорожниться.
Щелкнул замок. А это уже странно. Здесь полно кабинок, хочешь – закрывайся. Но зачем же общую дверь? Разве что, мужик с комплексами.
Он скосил взгляд к зеркалу. Подозрительная тишина. Слышно чужое присутствие, но что этот чудак делает? Просто стоит у двери. Смотрит.
– Ты че, парень, тронулся? – хрипло спросил мужчина.
Тот не ответил. Снял капюшон, поддернул рукава. Взгляд в сторону не отвел.
– Педики хреновы, – прорычал под нос мужчина. – Сейчас руки освобожу, научу тебя уму-разуму, сраный извращенец.
Он застегнул ширинку и повернулся, сжимая внушительные кулаки.
– Руки помой, – сказал парень.
– А? Ты, поди, совсем?
– Мой руки, – в пальцах незнакомца блеснуло лезвие. Гладкое, зеркально-чистое.
– Ясно, – протянул мужчина, подходя к умывальнику. Он медленно опустил руки под струю холодной воды, глядя на опасного человека в хромированную поверхность короба с жидким мылом.
Дверь кто-то попытался открыть. Замок выдержал. Послышались возмущенные крики и стук.
– Быстрее, – сказал незнакомец. Он держался спокойно, но голос выдал нетерпение.
Что-то странное в том, как он говорит. Звучит коряво. Акцент!
– Чего суетишься? – спросил мужчина, неторопливо высушивая руки под горячим потоком воздуха. Никогда еще он столь тщательно не соблюдал все тонкости этой процедуры.
Парень похож на наркомана. Глаза блестят, рот нервно сжат. Волосы отросшие. Из таких лохматых ничего путного не выходит.