– Вам же драконы нравятся, – поддел ее Арканах. – Вот и тем людям нравились. И наверное, не потому, что им хотелось посмотреть на драконьи кости.
Шерлин пропустила явную издевку мимо ушей. Город внизу каким-то образом настраивал на мирный разговор, без ответных колкостей.
– Все-таки интересно, почему вы настолько отличаетесь от своих предков. У них были крылья и живой огонь, а у вас остались только полые кости и магия, – проговорила она в задумчивости, но потом сбросила оцепенение и с извиняющейся улыбкой повернулась к Арканаху: – Ладно, не буду больше о драконах.
Взгляд Арканаха скользнул за спину Шерлин, потом быстро переместился на город и снова остановился на ее лице. Дракон словно проверял: они по-прежнему одни на этом холме? Видимо, результат проверки его устроил. Но тем не менее говорить он не начал, лишь добавил в стакан виски и выпил, как обычно, одним махом, брезгливо поморщившись.
– Огонь остался, – совершенно спокойно сказал Арканах. – Просто он внутри нас.
То ли это не считалось секретом, то ли Шерлин получила особый статус человека, который ничего не сможет никому рассказать. В пору было бы насторожиться, не говорят в конце концов лишь трупы, но она только ближе придвинулась к Арканаху.
– То есть у вас под кожей реальный огонь?
– Мы говорим, что это магия, но по сути – огонь. И не спрашивайте, как это возможно, никто не объяснит. Мы не дышим им, только сами не горим и при определенных усилиях можем зажечь свечу, например.
– Удивительно, – сказала на это Шерлин. – Ни разу не слышала, чтобы кто-то из магически одаренных людей мог зажечь свечу. Но выходит, ваш огонь способен, скажем так, выходить из тела?
– Как и любая другая магия – через руки, через прикосновение. Сжечь что-то взглядом я не могу, хотя много раз пытался. Особенно на лекциях. Ужасно бесят болтающие студенты за последними партами.
Они понимающе переглянулись, и на некоторое время установилась уютная тишина. Ее хотелось слушать и наслаждаться. Впитывать вместе с теплым вечерним воздухом и светом закатного солнца.
Правда, продлилось это недолго. Арканах, расслабленный этим уютом, заговорил.
– Из-за огня драконы редко заводят отношения с людьми. У вас хрупкая кожа, – как-то буднично сообщил он. – Когда мне было восемнадцать, я оставил ожог на шее и щеке своей невесты. Ровно по моей ладони. Позже часть кожи восстановили, но на шее остались отметины… Даже когда знаешь, как справиться со своей магией, а точнее с огнем, в молодости это бывает непросто.
Шерлин молчала. И почему-то подумала не о бедной девушке, которую стоило пожалеть (и наверняка такая девушка была не одна), а о драконах, не способных полностью адаптироваться к человеческому миру. Целый вид, так похожий на людей, мог исчезнуть из-за огня в крови, который не давал по-настоящему породниться с людьми.
Зато теперь стала понятна их сплоченность и закрытость. Вместе они сильнее. Да и с драконицами, которым можно все, кроме работы, тоже прояснилось: женщины просто стали особо ценными объектами.
– Но, несмотря на человеческую хрупкость, вы все равно решили жениться на нашей девушке, – осторожно заметила Шерлин, опасаясь задавать прямые вопросы.
– Еще до моего рождения отца исключили из общины драконов, – проговорил Арканах, задумчиво рассматривая развалины города внизу. – А значит, ни его, ни меня не приглашали на официальные встречи, вечера и балы общины. Поэтому впервые я познакомился с драконами-ровесниками, когда поступил в закрытую старшую школу. Но там учатся только мальчики… Поэтому для меня человеческие девушки всегда были понятнее и ближе дракониц.
Он не сказал «доступнее», но почему-то Шерлин померещилось, что подразумевал.
– Но теперь вас взяли в общину, – улыбнулась она, на что дракон только снисходительно кивнул.
– Первый раз меня туда взяли сразу после окончания школы. Отец очень этим гордился, но потом меня исключили, – усмехнулся он. – Мы решили, что это семейная черта.
– Правильно ли я понимаю, что на успешную личную жизнь дракон может рассчитывать, только если состоит в общине?
– У общины Бернина есть одно преимущество перед драконом-одиночкой: она связывается с другими общинами, даже с той, что в закрытом Шанцу, а там, насколько знаю, живет много драконов и дракониц. Они могут кого-то просто познакомить. Изредка, так скажем, свести, – спокойно пояснил Арканах. – Но вообще, успешную личную жизнь община нам не гарантирует.
– А что гарантирует? – тут же спросила Шерлин, чуть прищурившись.
– Виски? – предположил Арканах с улыбкой.
В этом определенно что-то было, и Шерлин, усмехнувшись, протянула дракону бутылку. Пока дракон наполнял свой бокал, она ломала голову, понял ли следопыт такой толстый намек?
Оказалось, еще как понял. Он осушил свой стакан и поцеловал Шерлин. Быстро, легко и сразу отстранился, только продолжил улыбаться уголками губ. А еще приподнял брови, словно говоря: ну что, я сделал все как надо, госпожа?
