Прежде чем Эйприл успела осознать, что делает, она уже поднесла ключ к гербу и вложила его в выемку на камне.
И он вошёл. Как влитой.
Все застыли.
– Наверное, это совпадение, да? – спросила Эйприл, но её сердце забилось быстрее. Дыхание замедлилось. А потом девочка вдавила ключ в выемку и услышала еле слышный щелчок. Эйприл даже не дышала, проворачивая ключ вокруг своей оси как стрелку часов.
И тут пол начал двигаться.
Это было похоже на одно из изобретений Сэйди, которое взбесилось, и размножилось, и, возможно, отравилось какими-то радиоактивными отходами. Камни возле камина, щёлкая, начали один за другим выпадать из стены на пол, как костяшки домино, открывая спиральную лестницу, которая спускалась в темноту. Но темнота длилась недолго.
Вспышка.
Кремень ударился о кресало, и воздух наполнился сильным запахом газа, когда одна за другой загорелись множество ламп, наполняя пространство тёплым жёлтым светом.
– Вайолет! Ты его нашла! – воскликнул Колин, увидев изумлённое лицо Габриэля.
– Стойте здесь, – сказал мужчина, ступая на первую каменную ступеньку. И всего секунду спустя остановился. И обернулся. – Я думал, что сказал вам стоять здесь.
– О да, сказал, – подтвердил Колин. – Только мы не слушали.
Больше никто ничего не говорил. Никто не осмеливался. Дети вслед за Габриэлем просто спускались всё ниже, и ниже, и ниже, через паутину и пыль, под эхо шагов, отражавшееся от камня. Наконец воздух стал свежее и прохладнее, и Эйприл почти ожидала, что они выйдут к морю.
Но это было не море. И не погреб. Это место напоминало скорее пещеру. Или церковь. Или и то и другое разом.
– Э-э-эй! – закричал Колин, и его голос эхом отразился от стен, но мальчик всё равно выглядел разочарованным. – Если хотите знать моё мнение, это как-то непохоже на сокровище. Только не говорите об этом Злому Дядюшке Иверту, если пойдёте его навещать. Лучше скажите, что нашли гору золота или бриллиантов. Или что-нибудь ещё. Что угодно будет лучше этого…
Он указал рукой на огромный зал, полный матов и мишеней, чучел и верёвок, свисавших с потолка. Это было похоже на то, что Габриэль пытался соорудить в погребах, только больше, лучше и старше.
– Что это за место? – Сэйди задрала голову и огляделась. – Какой-то спортзал?
– Тогда почему его заперли здесь с такой секретностью? – спросил Колин, подобрал деревянный меч и снёс им голову старому чучелу.
– Не знаю, – сказал Габриэль, но что-то в его интонациях подсказывало Эйприл, что у него были догадки.
– Значит, вот за это Иверт хотел нас убить? – спросил Тим.
– Да не знаю я! – повторил Габриэль. – Я не…
Он замолчал, когда Вайолет распахнула двери огромного шкафа, демонстрируя чёрную шляпу. И несколько мечей. И самый настоящий плащ. Не такой, как у супергероев. Старинный. Он напомнил Эйприл одежду из музея, а ещё историю экскурсовода и статую Стража. И перешёптывания дюжины детей, которые выросли под рассказы о том, что когда-то Страж был вполне реальным человеком.
– Габриэль… – медленно начала Эйприл, – Если это и есть тот секрет, который твои папа и дедушка скрывали от Иверта…
– Нет. – Габриэль замотал головой так, словно это никак не могло быть правдой.
Но Эйприл в ответ начала ему кивать.
– Сам подумай! Они учили тебя владеть мечом. И называли это семейным «наследием», верно? Разве не об этом говорил Иверт? Он сказал, что есть состояние Винтерборнов, а есть это. – Она широко раскинула руки. – Иверт думал, что это какое-то сокровище, потому что Иверт жадный идиот, но что, если это не так? Что, если это нечто большее?
– И что это тогда? – спросила Сэйди, которая впервые в жизни не понимала, о чём идёт речь, и ей это не нравилось. Очень не нравилось.
А Вайолет подхватила шляпу и сказала:
– Это Страж.
– Страж – это миф, – огрызнулся Габриэль. – Легенда.
– Нет, – Эйприл покачала головой и подбросила меч – который должен быть опасен, но Габриэль поймал его, ухватившись за рукоять так, словно она была продолжением его собственной руки. – Страж – это Винтерборн.
Когда Колин прекратил карабкаться по верёвкам, а Сэйди и Вайолет вдоволь наигрались с плащами, все вернулись наверх. Смиттерс принёс шипучий сидр и установил в библиотеке старый магнитофон. Эйприл наблюдала, как её друзья поют и танцуют, потому что Изабелла Нельсон оказалась жива, а Иверт Винтерборн отправился в тюрьму. Дети вроде них не привыкли к победам, и поэтому решили отпраздновать как следует.
Но Габриэль не танцевал. И не пел. Не ел и не пил. Он снова встал у окна, спрятав письмо мисс Нельсон в нагрудный карман, поближе к сердцу.
Эйприл понимала, что Габриэля не стоит беспокоить. Но девочка была просто обязана сказать ему кое-что.
– Я так тебя и не поблагодарила. За моё спасение.
– Ну, можно сказать, тут мы квиты. – Габриэль посмотрел на Эйприл с озорным огоньком в глазах. – Просто не рискуй так больше.
– Ладно. Хотя я думаю, ты всё равно задолжал мне больше. То есть я вытащила тебя из воды…
– Если бы не ты, я бы там не оказался.
– И я тебя вылечила…
– Тебе бы не пришлось, если бы меня не ранили из-за тебя.
