- Сердце? А причем тут сердце, хотя в его связи с желудком я уверена. Да особенно у мужчин прослеживается прямая связь между сердцем и желудком…
"Счас она тебе зубы окончательно заговорит и выставит", - вставляет комментарий Учитель
- Одрик, иди к себе, за ужином увидимся, а то мне одеться надо…
- Ужин подождет.
- Остынет, будешь есть его холодным… и мне заодно придется… А я есть холодный ужин не хочу.
- Почему ты хочешь избавиться от ребенка?
- Не ко времени это все… не сейчас… вот потом, как-нибудь. Ну, не вовремя, все это!
- Он не только твой, он еще чей-то. Ты об этом не думала?
- Вот нечего сюда еще и мужиков приплетать. Я сказала не вовремя, значит не вовремя. И вообще это еще не ребенок, а так… сплошное недоразумение.
- Это всего лишь вопрос времени. И почему ты настолько ненавидишь полковника, что готова избавиться от его ребенка? Что он тебе плохого сделал?
- А вот в авторстве полковника я не уверена… И потом, причем тут он?
- Как это причем? Дети ниоткуда не берутся. Он такой же его, как и твой.
- Берутся… берутся… в некоторых местах в этом все были уверены… непорочное зачатие и даже из пробирки могут быть. Вот и сидели бы там, в пробирке, а то портят тут жизнь людям… Одрик, отвернись, я все же попытаюсь одеться…
- Да одевайся, я в магическом зрении постоянно, а там все видно. Или ты забыла?
- Тогда все равно отвернись… Дабы соблюсти приличия.
"Она над тобой издевается", - комментирует дебаты Учитель.
- Но этот не из пробирки, а естественным способом. В любом случае, ребенок - благословение Богини.
- Да, хоть каким… Хотя естественный способ по своему приятнее, но все равно, на данном этапе моей жизни он мне не нужен.
- Ты хочешь назвать на себя ее гнев?
- Чей гнев? Зиты?
- Богини! Ты вообще женщина, или демон бездушный!
- Вот только не надо… не надо меня стращать гневом богов. Где мы, а где они… А про демона надо подумать, что-то в этом есть… И вообще, пока это не ребенок - это ЗАРОДЫШ! И в его жизнеспособности я сильно сомневаюсь, пока не вырастет и академию не закончит.
- Я уже сказал, это вопрос времени. За что ты его так не любишь, что убить готова? Это преступление!
- А за что мне его любить? Можешь поворачиваться… Не тебе же его рожать и вынашивать. Вот попробовал бы походить с животом, то же бы три раза подумал, прежде чем на такое решиться. Сами рожать не умеют, а туда же… Указывать мне вздумал!
- Да, за это в подвал не сажают, но это преступление.
- Что-то я не помню, чтобы аптекарей продающих разные зелия куда-нибудь сажали. Разве что в долговую яму, если разорятся. Кстати, надо будет купить подобную смесь…
- Тогда за убийство должны сажать кузнеца, выковавшего меч.
- Вот и я про то же… А про зелье мысль хорошая. Поэтому я сама буду решать избавиться мне от этой нежелательной помехи в моей жизни или нет.
- Почему ты никого не любишь, даже собственного ребенка? Бездетные женщины сожалеют о том, что им не дано стать матерями. Откуда в тебе звериная жестокость? Хотя нет, звери до конца защищают свое потомство.
- Звери не жестоки… не надо грязи… И я не жестокая, я умная и расчетливая. И если я не буду думать и рассчитывать, то проживу не долго. Слишком много желающих мою жизнь укоротить. А при таком раскладе жизнь моего ребенка вообще ничего стоить не будет. Потому как будет слишком много желающих, воздействовать на меня угрожая ему. И ничем хорошим это не кончится для нас обоих.
- Ага, и ты решила это сделать сама. Ты делаешь за наемников их работу?
- Одрик, ты передергиваешь… Это еще не ребенок… Это ЗАРОДЫШ!
Учитель: "Оставь ее, она законченная эгоистка. А ты уже разошелся, еще немного, и раскалишься до бела. "
- Все мы были такими же зародышами. Не знаю, как тебя, а меня моя мать любила с самого первого дня. Я это знаю…
- И хорошо, что любила, считай, что тебе крупно повезло. А каково было бы тебе, если бы не любила? Почему ты хочешь, чтобы этот… э-э-э… зародыш страдал от того, что мать его не любит. А я не смогу его любить, потому, что только так смогу его защитить… Это слишком жестоко. Не ожидала от тебя подобного.
- И ты хочешь к своим многочисленным врагам добавить еще и Богиню? Она таких вещей не прощает.
- Где я и где богиня, можно подумать, что ей есть дело до каждого живущего на Лари. Да не верю! Поэтому может она меня и не заметит. Схожу в храм, принесу дары, отмолю.
- Откупиться хочешь? Не принимает Богиня дары от отвергших ее дар.
- Это дар? Ну, знаешь… Вот когда хотят и просят - это дар. А это не дар, это скорее проклятие.
- Ты с ума сошла! Твоя жизнь разве для тебя проклятие? Вон как ты за нее борешься! Почему ты отказываешь другому в праве на жизнь? Это же убийство невинного!
- Борюсь, конечно, борюсь. Жизнь, в общем и целом - замечательная штука и поэтому буду изо всех сил пытаться избавиться от этой… неприятности, чтобы она мне жизнь не портила. И не надо мне на совесть давить, не надо… нет ее у меня, и никогда не было. И закончим на этом разговор о моей совести, тоже мне праведник нашелся.
