- Такую женщину как ты, можно и подождать. Я же не дурак, мне по должности положено знать все, что происходит в городе. Когда ты представилась, я вспомнил, про слухи, что ходили летом про тебя и сейна Калларинга. А потом вспомнил, что сегодня говорили про его намечающуюся на днях помолвку. Увидел у тебя сбитые костяшки на правой руке, она у тебя вчера весь вечер болела, я заметил. А если сложить вместе, ссадины на руке, растрепанные волосы и поцарапанное лицо, то напрашивается интересный вывод…
- И к-каакой?
- Ты приехала на праздники, застала сейна с другой, и устроила им кровавую разборку. Это ты молодец! А потом сидела, разговаривала со мной и все ждала, когда же он придет мириться и не дождалась. Ты все время на дверь поглядывала… А я был несказанно рад, что он не пришел, но вы помиритесь, обязательно помиритесь…
- А ттыы?
- Я? Ну, я сегодня уеду обратно на свой пост. Мне на нем еще полтора года сидеть.
- А чччто тыы гго-овориил про жждаать?
- А… про это… Просто я понимаю, что у вас с сейном чувства и все такое, но он простой человек, я имею в виду, что он не маг. Он уже далеко не мальчик. Пройдет еще лет десять, ладно… двадцать, и вы расстанетесь…
- ??
- Расстанетесь. Потому что он постареет, а ты останешься по-прежнему молодой и красивой. Мы, маги стареем дооолго. Вот я старше сейна, а выгляжу моложе. Поэтому я подожду, и когда вы расстанетесь, я буду рядом. Можно?
- Ммоожно. А зачем ттебе этто?
Сантеро хмыкнул.
- А если скажу, что ты мне понравилась. Поверишь?
- Нне знааааю.
- Через полтора года я выйду в отставку. Мне выплатят приличную сумму и выкинут за дверь. Придется или класть все в банк и жить, тихо спиваясь на проценты, так многие делают, или вкладывать капитал… А для хорошего вложения надо будет проситься в какой-нибудь Род, так почему бы не в твой?
- Но у мееня ниччего неет…
- Я знаю, но это не важно. Здесь за южным хребтом полным полно свободных земель. Главное их удержать, а вместе мы сможем почти все.
- Дда, может быть…
Дальнейший разговор утонул в поцелуях, нежных и легких, как илларий пух, и таких же теплых и обволакивающих. Он долго и нежно утешал меня, как может мужчина утешать женщину.
Дальняя часть подвала поразила Домара. Скрытое за потайной дверью помещение было вдвое больше своей официальной части. В нем не было окон, тусклое магическое освещение, полное отсутствие какой-либо мебели или рухляди. А к дальней от входа стене кто-то прикован толстыми противомагическими цепями, и рядом с ним лежат связанные, как перед забоем иллари. Этот кто-то абсолютно обнаженный, свернувшись калачиком, лежит на каменном полу, чуть прикрытом свежей соломой. Тихо, только вода равномерно капает в большую каменную чашу.
Убийцы приготовились к бою, но… драться-то собственно было не с кем.
И тут голое тело слегка зашевелилось, на него сейчас направлены все пять арбалетов, четыре наемников и пятый Дамы. Вот тело медленно, с большим трудом выбирается из соломы и перед глазами команды убийц предстает большая, толстая, отвратительная в своей наготе тетка, с точащими во все стороны короткими грязными волосами. Она медленно и с трудом встает и звенит цепями.
Ассе Домару кажется, что он знает ее, но черты лица, прикованной, какие-то расплывшиеся и уловить сходство не получается. Наемники стоят и ждут команды, стрелять в это, к тому же еще и прикованное к стене, смысла особого нет. Сопротивляться оно не может.
- Ты кто? - шепотом спрашивает ее Дама.
- Давно тут сижу… - заявила прикованная.
- А где Великий Магистр?
- Снимите, - толстуха выразительно загремела кандалами, - покажу, где вход. Сами не найдете…
Маги поняли, что прямо сейчас нападения не будет, и магический круг распался. Тяжело держать объединенную магию и не предпринимать никаких действий, она все время норовит вырваться из-под контроля и покалечить связавших ее откатом. Асса Домар слышал, что полный круг из семи магов очень устойчив, но где его седьмого, синего взять. Наемники тоже немного расслабились, и перестали все вместе целиться в толстуху.
Дама напряженно думала, а нелепая толстуха тяжело села на солому, показывая всем своим видом, что пока она скована, ни с кем говорить не будет. Печеный стал методично обследовать стены.
Прошло четверть часа, дверь Печеный не нашел, а Дама все еще продолжала думать. Домар подошел к ней:
- Что будем делать? - прошептал он животрепещущий для всех вопрос.
- Мне все это не нравится. Великий должен быть здесь! Дом все время был под наблюдением, выйти из него не замеченным он не мог. Живых в доме никого кроме нас и ее нет. - Дама кивком показала на толстуху.
- Так что делаем? - настаивал маг.
- Не знаю. Но ее нельзя расковывать! Она, судя по кандалам, маг.
- И что? Вы же знаете, что даже если она в них всего час, то колдовать еще долго не сможет. Магия так быстро не восстанавливается. И потом, у нее самой наверняка есть большой зуб на Великого, если он ее тут приковал.
- Зачем она ему?
- Скорее всего, для какого-нибудь эксперимента, как и иллари. Сперва на них потренируется, а потом на ней продолжит.
