Их предки пили силы Мира, сражаясь между собой за его богатства, пока не осталось ничего, кроме агонизирующего остова. Они стали мудрее, но слишком поздно. Они искали выходы в иные реальности, чтобы сохранить тех, кто остался. Нашли выход немногие... Энферию называют землёй легенд, где всякая мечта... и всякий кошмар могут обрести своё воплощение. Сказка, дарованная смертью. Новый шанс. Одного из них объявили Избранником, властителем, способным объединить веками враждовавший народ. Стать воплощением чужих легенд ему оказалось не под силу... Но, возможно, всё ещё не поздно исправить?..
Взрывая мощными лапами снег, варги ворвались на прогалину у холмов… и вдруг застыли. Король едва не вылетел из седла и наградил своего скакуна-варга, обычно отличавшегося спокойным безразличным нравом, парой нелестных эпитетов.
Охота приобрела неожиданный оборот. Гончие, вместо того, чтобы преследовать снежное чудовище по лесу, понеслись к этой проклятой прогалине, и теперь расселись ровным полукругом, поскуливая от нетерпения. Варги тоже явно спешили сюда не за дичью, а подчинялись тому же неведомому Зову, что и охотничьи псы.
Некоторое время царила звенящая морозными иглами тишина. Люди с удивлением взирали на странный собачий ритуал. Потом король вдруг почуял неладное и вскинул руку, подавая своей свите знак. Они быстро спешились, и тотчас же варги в несколько скачков оказались рядом с гончими. Зов был так силён, что ради непонятной цели великолепные скакуны могли бы запросто сбросить своих седоков.
– Духи Севера послали этот Знак! Нам неспроста посчастливилось взять след золотого йети. Он вёл нас сюда.
Виллериар Гваар, нынешний владыка Верлиона, обернулся к шаману Алгрису и презрительно скривил губы.
– От твоих Северных Духов было бы больше пользы, если б они подсказали, как бороться с нежитью из Диких Пустошей. Такая славная охота сорвалась!
– Ваше Величество напрасно проявляет пренебрежение, – мягко возразил Алгрис Лесной Ветер, привычный к насмешкам короля. – Возможно, этот ответ они дают нам сегодня. Посмотрите, как сосредоточены наши звери. Послушайте, как замер лес.
Невольно король последовал примеру своих людей и вслушался в ледяное безмолвие заснеженного леса. Воздух был буквально пропитан колдовством, чужеродным, но не враждебным. На миг Виллериару даже показалось, будто краем сознания он уловил песню магии, что вела псов, более чутких к потокам энергий, нежели люди. Зов нарастал – далёкий едва различимый мелодичный перезвон льдинок.
В скулении гончих послышался азарт. Вожак, а за ним и остальные, принялись ожесточённо копать. Могучие варги, дружные со своими хрупкими собратьями, присоединились к псам, и дело пошло быстрее. Снег разлетался искрящейся волной, обнажая тайну, до которой почему-то так жаждали добраться звери. Шаман выступил вперёд, напряжённо вглядываясь в ему одному доступную даль, а потом его лицо просветлело.
– Духи Севера приготовили нам Дар – ответ, способный исчерпать наши горести.
Люди возбуждённо зашептались, но никто не рискнул задавать вопросы. Король прищурился, не слишком довольный происходящим. Весть, так обрадовавшая его свиту, ему самому почему-то была совсем не радостна. Она рождала странную смутную тревогу, смешанную со сладостным томящим предвкушением.
Собачьи когти заскребли по льду. Варги и псы замерли, видимо, добравшись до источника Зова. Алгрис приблизился к ним и опустился на одно колено. Его глаза чуть расширились от удивления.
– Ну? Что они там нашли? – нетерпеливо воскликнул Виллериар.
Он вдруг поймал себя на том, что не в силах заставить себя сделать больше ни один шаг. Казалось, в этот миг сама его судьба преломилась, как пойманный в призму луч, и потекла в совсем ином неизвестном ему направлении.
– Вы должны это увидеть… – шаман ответил почти шёпотом, но его слова пробились и сквозь хриплое дыхание псов, и сквозь приглушённые голоса.
Стараясь не вслушиваться в перешёптывания свиты, король собрал остатки неожиданно покинувшего его мужества и решительно шагнул к яме. То, что он увидел там, лишило его дара речи и даже возможности сделать следующий вздох.
– Духи прислали нам в помощь одного из них, – голос Алгриса звучал точно из мира потустороннего, открытого его искусству.
– Мертвеца из тех, что иногда нападают на наши границы? – Виллериар лающе рассмеялся.
Взгляд шамана сверкнул гневом, а в мягком обычно голосе зазвенел металл.
– Не насмехайся над духами, король Виллериар Гваар. Их ответные насмешки бывают погибельны.
Король силился отвести взгляд… и не мог. То, что раскопали псы, оказалось огромным кристаллом льда, прозрачным, как чистейший хрусталь. А подо льдом покоилась женщина необычайной красоты, кажущаяся столь же естественной для этой стихии, как и населяющие непроходимые окрестные леса сущности. Её длинные тёмные волосы отливали изумрудом, как у русалок, во множестве обитавших в заводях горных рек. Хрупкие руки, одновременно нежные и хищные, были скрещены на груди, а на пальце горел перстень с крупным тёмно-синим камнем. Но едва ли это был обычный сапфир – Виллериар понял, что на самом деле не может различить цвет приковавшего его взгляд артефакта. И точно так же облекавшие точёную фигуру женщины лёгкие одежды просто не могли быть обычным бирюзовым шёлком.
Именно это создание было источником Зова. Именно её приветствовали гончие и варги.
– Она не может быть живой! – рявкнул король и тряхнул головой, пытаясь сбросить наваждение.
