– С каких пор вы возомнили себя выше Совета и выше его приказов?! – гаркнул он так громко, что я вжала голову в плечи. – С каких поры вы пренебрегаете установленными для вас правилами и ставите под угрозу жизни студентов?
– Я контролировала количество энергии, как учил меня профессор…
– Все его труды ушли в трубу! Вы игнорируете нас? С каких пор?
– А с каких пор отборочные бои идут раз в три дня? С каких пор вы проводите опыты над студентами для своих научных достижений?! – вскричала я, не сдержавшись. Меня возмутил тон Шнори: он орал, как сумасшедший, тряся ушастой головой и брызжя слюной. Я решила ответить ему тем же.
– Надеюсь, что хотя бы секрет о ваших занятиях вы не растрепали всему университету, – гораздо тише добавил он.
– Каждое занятие профессор проводит какие-то замеры, для чего? – спросила я, глянув на Гранто, который, вытянувшись по струнке как охранник, стоял поодаль, и разглядывал часы на полке.
– Чтобы изучать процессы взаимодействия абстрактных полей, – ответил Шнори, подходя к столу и усаживаясь в кресло. – Вы – как прибор без помех. Но вы – опасный прибор, пора бы вам это понять.
– Я не прибор.
– Не цепляйтесь к словам. С вами проводят дополнительные занятия, под вас переписывают правила, а вы не хотите соблюдать их, – Шнори развел руками. – Вас никогда не учили дисциплине? Вы серьезно хотите оказать влияние на совет и затормозить научные исследования? Вы враг тому, чему учитесь? Ответьте, мисс. Мы ждем.
Снова попытавшись поставить себя выше созданий куда более умных, опытных и сильных чем моя скромная персона, я потерпела поражение.
– Нет, не враг, – ответила я, опуская глаза.
– В таком случае, вы должны смириться со своим положением в университете. И впредь, я не рекомендую нарушать правила. Поверьте, вы не одна такая, для кого в университете действуют дополнительные ограничения. В следующий раз вы получите билет на самолет. Мы пожертвуем научными исследованиями ради безопасности студентов, такое было и не раз. Вам всё ясно?
– Следующего раза не будет, – тихо ответила я.
– Громче. Сейчас вы тут орали куда эффектнее.
– Следующего раза не будет!
– И стипендии у вас не будет в течение двух месяцев, – сухо произнес Шнори.
Я сглотнула и подняла глаза на гоблина. Он сидел спиной к окну, маленький и старый, но властный и жестокий деятель науки.
– Я всё поняла.
– Свободны. Гранто, задержись.
