— После двух дней моих отчаянных попыток докопаться до планов Фрая, мне удалось полностью прочитать Спираль Воспоминаний старшего брата. Фрай готовится выступить на Аутгрейв, и для этого у него есть сила, способная нам помешать.
Алексис раздраженно ударил по столу кулаком:
— Какой настырный! Черт побери! Все музыканты любят войну…. - глаз Маршала под тугой черной повязкой с рубиновыми вставками поднялся на Джульетт, пока второй глаз буравил стол. — Джульетт, подожди-ка, а как? Почему два дня? Он что, сумел, как и мы, защищаться от постороннего влияния дара? Это как называется! Он же все еще «спящий»!
Макс, сидящий до этого смирно, нервно прижал к себе сестру, сидящую у него на коленях, Каин потянулся за сигаретами, а мне оставалось лишь заключить:
— Был, вероятно, «спящим». Полагаю, прощальный подарочек Эдриана в действии. Искусственное «пробуждение»….
Повисла тишина, и стал слышен шум ветра за окном. Алексис махнул рукой, и ветер мгновенно стих, сейчас вулкан ярости Маршала могло разбудить даже слабое дуновение с запада.
— Когда?! Когда, Джульетт, Фрай будет здесь?! — похоже, нервы сдавали не только у всевластного Маршала Фантенблоу. Каин поднялся со стула и так пнул стул, что стул отлетел к ледяной стенке и, ударившись, разлетелся на щепки.
— Послезавтра к полудню….
Я в панике перевел внимание на Маршала, который к моему счастью сумел взять себя в руки и сохранить победный настрой и внушить своим подопечным:
— У нас практически все готово, просто ускорьтесь сегодня с заполнением кристаллов, завтра весь день вам двоим на восстановление. Каин, Джульетт, вы ударная мощь Свиты, защита ритуала, и, похоже, самое действенное оружие против Фрая. Еще, скажи мне детка, сколько твой старший братик знает о ритуале?
— Он думает, что мы собираемся уничтожить мир, проведя темный ритуал, с целью поглощения миллионов душ.
— Правды он не знает, нам на руку, но…. Максимилиан, Эрибель не дайте ему попасть в пятую башню и добраться до Рафаэля. Рафаэль ключ, Фрай не должен понять, иначе мы проиграем.
— Я правильно понимаю, Рафаэль будет осуществлять контроль работы Системы кровавых кристаллов, с помощью силы наследника откроет Врата Истины и будет координировать наши действия…. - при Алексисе, Джульетт очень старалась показать, что она в порядке. — Не слишком ли ты на него взвалил? Кто будет защищать его, если мы с Каином будем сражаться?
О…. Джульетт осмелилась, наконец, подать голос революции. Интересно, уступит ли Маршал?
— Джульетт милая, учитывая вашу связь по узам договора, ты действительно должна ставить защиту хозяина в приоритет, даже прямым приказам. Но…. Не будь такой истеричной. Я, Дитрих и Реджина будем в башне, а близнецы обманными иллюзиями не дадут никому попасть внутрь. Не взрывайся пламенной ненавистью раньше времени…. - она стиснула зубы и отступила…. Да, у животных всегда так…. Побеждает сильнейший. — И, Джульетт, раз у нас так мало времени….? Что вы с Каином еще здесь делаете! Отправляйтесь и закончите заполнение кристаллов.
Страж Ночи оскалился, но взял Джульетт за руку и увел. Близнецы, упорно не отрывавшие глаз друг от друга, не избежали гневного настроения Маршала:
— Голубки, прохлаждаетесь?! К Водной Могиле живенько, заклинание нужно ослабить, Эдриан де Гор должен пробудиться раньше…. Ничего не должно помешать первоначальному плану, он и Фрай станут свидетелями.
Маршал спокойно дождался удаления близнецов. Он чувствовал себя не лучше, чем остальные. Несколько раз я замечал, как он плакал на груди у Дитриха, прося прощения и моля о том, чтобы брат отпустил его. Дитрих не мог смириться со столь ужасающей потерей Алексиса, которого так неожиданно приобрел. И их боль росла, сродни огненному потоку плазмы…. Ничего нельзя остановить. Нас всех соединяла одна лишь боль. Одна лишь печаль неизбежности и печати грешников, тесно переплетенные в цепкой паутине вечности.
— Есть ли ветвь будущего, в которой мы не сможем осуществить ритуал, Фрай убьет нас всех, и сойдет с ума? — слегка успокоившись, опуская всевидящее око к полу, спросил Маршал, и склонил голову.
Я бегло перебрал наши разговоры с Джульетт и нужные куски в общем сознании.
— Не могу порадовать тебя утешительным, Алексис. Ветвь с таким развитием существует, одна из множества параллельных основной версии, вероятность наступления, что еще хуже, несколько выше, чем хотелось бы. Но, утверждение, что ветвь логически правильна и ее существование не может быть ни чем опровергнуто, спорное. Я старюсь, Алексис, мы отдаем. И будем продолжать, пока не отдадим без остатка свои жизни, чтобы подобного не произошло. Но ты сам ли не находишься в состоянии весов, а?
Плечи Маршала напряглись, и око просверлило меня ужасающим отчаяньем:
