Этим утром дедушка не пошел на рыбалку, но я все равно встал рано. Я отправился на каменную набережную неподалеку от нашего дома, надеясь, что мой дельфин найдет меня там.
Минут пять я стоял на набережной, но не заметил в воде ни малейшего движения. Море простиралось передо мной, словно огромное синее покрывало. Я как раз хотел усесться на набережной, скрестив ноги, когда внезапно услышал мягкий плеск волны.
Да! Да! Вот и он! Эта небольшая волна в пятидесяти метрах от берега появилась из-за моего дельфина! Моего дельфина!
Его спина поднималась над поверхностью воды, а затем вновь исчезала на глубине. Я уже подумал, что он больше не вынырнет, но тут он опять появился.
Оглянувшись, я никого не увидел на набережной, и потому позвал его.
— Плыви сюда, мой дельфин! Плыви сюда!
Должно быть, он меня услышал, так как начал исполнять цирковые трюки. Стремительно, словно молния, он вылетел из воды и, сделав сальто, нырнул опять, а потом повторил это еще раз и еще.
— Ух ты! — крикнул я. — Ух ты! Ух ты!
Да, да, я был уверен, что он меня услышал. Он делал все это ради меня! Он приплыл сюда, чтобы стать моим другом!
Ах, если бы он только мог говорить…
Мы молча пили теплое молоко. Я думаю, незнакомец молчал, ожидая, что я что-то скажу, но сейчас я мог думать только о вкусе молока. Вкус был настолько необычным и интенсивным, что я почти поверил в то, что этот тип прибыл сюда из другого мира.
— Где вы взяли такой мед? — поинтересовался я.
— Мед повсюду.
— Простите, что?
— Скажи мне, друг мой, почему ты возжаждал меня?
— Эм-м-м… а я тебя возжаждал?
— Ну, я имею в виду смерть.
— Не знаю, как тебе, но мне эта игра в Ангела Смерти не кажется очень веселой.
— Почему тебе так трудно поверить в то, что я Ангел Смерти? Ты не веришь в ангелов?
— Молоко было превосходным, благодарю, — вздохнул я. — Но думаю, мне пора идти.
Встав, я внезапно почувствовал, что у меня закружилась голова, но это не было обычным головокружением, связанным с приступами, которые я время от времени испытывал, не было это и эффектом пары таблеток снотворного. Взглянув на незнакомца, словно Цезарь на Брута, я подумал: что же он добавил в мое молоко вместо меда?
— Не бойся, — сказал незнакомец. — Это скоро пройдет. Успокойся и смотри.
— О чем ты говоришь? На что смотреть? Чего не бояться?! Что ты со мной сделал?
Ну наконец-то! Наконец-то мой дельфин здесь! Наполовину высунувшись из воды, он улыбался мне своей дельфиньей улыбкой!
Чтобы подобраться к нему поближе, я уселся на край набережной, свесив ноги в воду.
— Меня зовут Омер, — сказал я, приложив ладонь к груди.
И тут произошло что-то очень странное. В моей голове прозвучал голос:
— Рад познакомиться с тобой, Омер.
Неужели это правда? Неужели мой дельфин заговорил со мной?! Или это были лишь мои мысли о том, что мог бы сказать дельфин, если бы он умел говорить?
— Это ты сказал? Ты действительно это сказал? — взволнованно спросил я у дельфина. — Это ты только что произнес: «Рад познакомиться с тобой, Омер»? Или это мне лишь почудилось?
— Да, я.
— А теперь? Это ты только что произнес: «Да, я»?
— Да, Омер, это я.
Мое сердце забилось быстрее. Неужели это правда? Неужели я и правда разговариваю с дельфином?
— Да, но разве дельфины умеют говорить? — спросил я.
— Ну конечно. Все умеют говорить.
Все умеют говорить, хм-м-м… Но что, если и этот ответ тоже выдумал я? Был только один способ это выяснить.
— Мой дельфин, — попросил я, — если все-таки ты говоришь со мной, скажи мне то, о чем я не знаю.
— Ну ладно, — мысленно ответил дельфин. — Вот чего ты не знаешь: у меня на животе шрам, смотри. — Он перевернулся на спину. — Видишь?
— Вижу! Вижу! — Я подпрыгнул на месте. — Ух ты! Ух ты! Ты умеешь говорить! Ты действительно умеешь говорить! Ты со мной разговариваешь!
Дельфин радостно покивал головой.
— Но это же… это же невероятно!
— И правда невероятно. До вчерашнего дня я даже не думал о том, что можно разговаривать с человеком.
— До вчерашнего дня? — переспросил я. — А что произошло вчера?
— Это неважно. Просто так здорово, что мы можем говорить!
— Да, и правда здорово. Ты не хочешь мне рассказать, что произошло вчера?
— Какая разница. — Он отвел глаза. — Главное, что мы можем говорить. Это так чудесно, правда?
— Да, это чудесно, невероятно, поразительно, волшебно! Скажи мне, мой дельфин, скажи мне, как тебя зовут?
— Меня зовут Омер.
— Омер? — удивился я. — Но это меня зовут Омер, а я спрашиваю, как зовут тебя.
— Как я уже сказал, меня зовут Омер.
— Но как это возможно? Почему у нас одинаковые имена?
Он посмотрел на меня так, как будто я ничего не понял, а затем, нырнув под воду, поплыл прочь.
— Остановись, мой дельфин, остановись! Ты куда?
Он не остановился.
— Пожалуйста, дельфин, пожалуйста, остановись!
Он продолжал плыть.
— Омер, пожалуйста, остановись! — крикнул я изо всех сил.
Услышав, что я назвал его своим именем, дельфин тотчас повернул обратно, улыбаясь еще шире.
— Ладно, ладно, — поспешно согласился я. — Пусть тебя тоже зовут Омер.
Дельфин довольно закивал.
— Омер, — спросил я, — кто дал тебе это имя?
— Ты.
