До родов она еще скучала по работе, по девчонкам, по своим воспитанникам, а потом стало не до того. Малыш занимал все ее время. Жизнь повернулась к ней совершенно иной стороной. Галя понимала, что она как та старушка из сказки, которая прожила определенным образом всю свою предыдущую жизнь — тридцать лет и три года. Теперь же ее жизнь стала иной, наполнилась другим смыслом, и это изменило саму Галю. Она много лет только и думала о своей неудавшейся судьбе и комплексовала по этому поводу, без конца жалея себя. А все оказалось так просто! В сущности, человеку не очень-то и много нужно для счастья! Главное — чтобы было во имя чего жить, для кого работать и кого любить. И все становится на свои места! Заботясь о ребенке, она стала спокойной и радостной. Ей все время хотелось улыбаться и общаться с окружающими. Ее больше не мучил вопрос, а удобно ли первой заговорить с кем-то, не посчитают ли ее навязчивой? Теперь она охотно заговаривала первой с соседкой по общежитию, когда возилась в кухне, или на прогулке с такой же молодой мамашей, или с мужчиной из очереди в молочную кухню. Прежде, в школе и училище, она и была такой, а потом замкнулась, уверовав в свою бесталанность. Счастье материнства преобразило Галю, свет, казалось, исходил из ее глаз и от ее улыбки, и людям было приятно рядом с ней. Она подружилась со Светой с четвертого этажа. У той тоже был маленький мальчик, на пару месяцев старше Степки. Несмотря на то что Света была крупнее и дороднее Гали, молока у нее не хватало. Она старалась кормить хотя бы пару раз в сутки, но молоко все убывало и убывало. Если бы не Галя, пришлось бы ее трехмесячного малыша полностью перевести на детскую смесь. У Гали молока было много, и она предложила кормить мальчика Светы. Им обоим хватало — и Степке, и Денису. Муж Светы стал предлагать Гале деньги, но она отказалась.
— Нет, — твердо заявила она. — Нельзя продавать молоко. Нехорошо это.
— Но ты же одна! Тебе деньги нужны, — убеждал ее Володя, отец маленького Дениски.
— Такие не нужны.
Володя был начинающим, но довольно успешным бизнесменом. Света тайком делилась с Галей их планами. Скоро, рассказывала она, они смогут купить себе квартиру. Они и сейчас уже могли бы снять хорошее жилье, но Света рассудила так: зачем выбрасывать деньги на съемную квартиру, если можно, пожив еще с полгодика здесь, скопить на новую мебель? Денис еще маленький, ему все равно, а она потерпит. Света с Володей по-своему стали платить за молоко — продуктами. Света хорошо готовила, и Галя стала ужинать у них. Она обычно кормила детей вечером, а потом кормили ее. Володя покупал домой разные деликатесы, и ей всегда выделяли часть продуктов. Света сама в магазин не ходила, муж после работы заезжал в супермаркет и закупал продукты на несколько дней вперед. А теперь, благодаря его домовитости, и Гале не нужно было раз за разом ходить в магазин. Вещи Дениса прямиком переходили к Степке. А вещи были дорогие, фирменные. Даже памперсы у него были самые лучшие! Стоило Гале начать отнекиваться от подарков, как Володя тут же говорил: «Перестань! Ты для нас больше делаешь!» И Галя замолкала. А потом привыкла. К хорошему быстро привыкаешь.
Их дружба длилась до самого отъезда. Они действительно вскоре купили квартиру, сделали ремонт и переехали. Денису к тому времени исполнилось восемь месяцев, и он уже вполне мог обойтись без грудного молока. Первое время Галя скучала по ним, за полгода они стали немножко ее семьей. Но время шло, Степка требовал много внимания. Он вырос, набрал вес, носить на руках его было тяжело, хотя в целом стало немного легче. Сынишка спал всю ночь, без перерывов, особо не капризничал. Сидел часами в кроватке и рассматривал погремушки. Он вообще был спокойным ребенком. С большими карими глазами, круглыми щечками и маленьким носиком, он не был похож на Галю, но и не напоминал ей Виталика, скорее — ее отца. Степка был самым красивым малышом на свете, а ведь она стольких детей видела за свою жизнь! Мысль о том, что вскоре он подрастет и спросит о своем отце, пока не приходила ей в голову. Она знала, что ему хорошо с ней, и была счастлива этим.
…У Степки резались глазные зубки, и поднялась высокая температура. Гале пришлось попросить соседку спуститься к дежурной, вызвать детскую неотложку. Врач выписал ребенку лекарство, но сходить за ним Галя не могла, так как Степка, весь мокрый и горячий, уснул у нее на руках. Оставить его одного Галя не решалась, но и тащить с собой на улицу тоже не хотела. Так, с сыном на руках, она пошла по длинному коридору в надежде, что кто-нибудь из ее хороших знакомых уже вернулся с работы и не откажется сходить в аптеку.
