Его родители смогли обеспечить ему криостат, но не более того. (Джарри требовалась температура не выше -50°С, чтобы чувствовать себя нормально.)
Им были не по карману барокамера и оборудование для контроля за составом атмосферы, необходимые для поддержания его жизни.
Гравитацию в 3,2g невозможно создать искусственно, поэтому Джарри нуждался в ежедневном медицинском уходе и физиотерапии. Родители также не могли ему это обеспечить.
Зато всеми осуждаемый опцион об этом позаботился. Он оберегал его здоровье. Он оплатил его образование. Он обеспечил ему финансовую поддержку и физическое благополучие.
Конечно, можно утверждать, что Джарри Дарк никогда не стал бы бездомным криопланетным кототипом (модификация Элионол), если бы не опцион Генеральной Горнодобывающей Компании. Но нужно учесть, что никто не мог предсказать вспышки Новой, которая уничтожила Элионол.
Когда его родители зарегистрировались в Центре Общественного Здоровья и Планирования Рождаемости и запросили рекомендации и патронаж для будущего отпрыска, они получили информацию о предлагаемых мирах и соответствующих требованиях к телотипу. Они избрали Элионол, только что приобретенный Генеральной Горнодобывающей для разработки минерального сырья. Поступив благоразумно, они выбрали опцион; иначе говоря, они подписали контракт от имени предполагаемого отпрыска, каковому выпадала честь населить указанный мир, в связи с чем ему предстояло работать в качестве служащего Генеральной Горнодобывающей вплоть до достижения совершеннолетия, после чего он мог по собственной воле отбыть и наняться в любое другое место (хотя, конечно, выбор у него был не слишком большой). В обмен на это обязательство Генеральная Горнодобывающая соглашалась взять на себя заботу о его здоровье, образовании, а также выплачивать денежное содержание в течение всего периода нахождения у нее на службе.
Когда Элионол исчез во вспышке Новой, все криопланетные кототипы во всей перенаселенной галактике оказались, благодаря подобным соглашениям, под опекой Генеральной Горнодобывающей.
Поэтому Джарри вырос в герметичной камере с устройствами для контроля температуры и состава атмосферы, поэтому он получил первоклассное образование по ведомственной телесети, а также необходимые ему физиотерапию и медобслуживание. Поэтому Джарри стал в конце концов походить на большого бесхвостого серого оцелота с перепонками меж пальцев, и не мог выбежать на улицу поглазеть на машины без криоскафандра и медикаментозной поддержки.
Всюду в переполненной галактике люди пользовались рекомендациями Центра Общественного Здоровья и Планирования Рождаемости, и многие сделали тот же выбор, что и родители Джарри. Двадцать восемь тысяч пятьсот шестьдесят шесть, если быть точным. В любой группе из более чем двадцати восьми тысяч пятисот шестидесяти субъектов обязательно встретится несколько талантливых личностей. Джарри был из их числа. У него был талант делать деньги. Большую часть денежного содержания от Генеральной Горнодобывающей он инвестировал в тщательно выбранные предприятия, чьи акции поднимались в цене. (Таким образом, некоторое время спустя Джарри приобрел значительный пакет акций Генеральной Горнодобывающей.)
Когда появился представитель Галактического Союза Гражданских Свобод, озабоченный тем, что опцион предполагал контрактацию еще нерожденного, и доказывавший, что у кототипов модификации Элионол есть хорошие шансы выиграть иск (особенно потому, что родители Джарри подпадали под юрисдикцию 877-го судебного округа и могли рассчитывать на благожелательное отношение суда), родители Джарри ему отказали — из опасений потерять пенсию от Генеральной Горнодобывающей. Позднее и сам Джарри отказался подавать иск. Выигрыш дела в суде не мог бы превратить его в нормотип земного класса, а все остальное роли не играло. Он не был мстителен. Кроме того, он уже был владельцем значительного пакета акций ГГК.
Он бездельничал в своей цистерне с метаном и мурлыкал, и это значило, что он размышлял. Он работал за криокомпьютером, размышляя и мурлыкая. Он подсчитывал суммарный капитал всех кототипов, числившихся в недавно организованном Клубе Декабря.
Он прекратил мурлыкать и обдумал предварительные итоги, потягиваясь и лениво поводя головой. Затем он вновь вернулся к расчетам.
