адовым снадобьем
боготворимого твоими соотроковицами
гладких, покладистых
гулком и мутном
жалких, жарких
зелени зеркала
индивидуальные инъекции гения
не чующую его и не чуждую ему
обожания и отчаяния
отворенного окна
отвратительно опытными
очарованного острова
скорым тропотком
тесный Эдем
толстеньким Ромео
убогой и угрюмой
усугубляли угрюмую злобу
Или в следующих рондоподобных созвучиях:
извивы резиновой змеи
изумительном узоре эрозии
от тоски по буколике
полированный, полый звук
прислушались к шуму
пухлая лахудра
ровном газоне горных склонов
удручающе вычурная
Нередко аллитерации и ассонанс идут вместе, и в стоящих рядом словах происходит повторение целых слогов, причем иногда одно короткое слово целиком повторяется в составе более длинного соседнего слова. К примеру:
"Долорес!", воскликнула Мария Лор
адовым снадобьем
паспортом и спортом[114]
полным-полно блошек
поразительные паразиты
совершенно совершенное
чудом и чудовищем
Эдгаровый перегар
Я не люблю вас, доктор Блю…
заключений, злоключений
пилюлькой-люлькой
Принимая во внимание такого рода словесные выкрутасы, не удивительно, что в прозе Набокова нередко возникают рифмованные строки.
бедлам реклам
без марки и без помарки
как бык-с или штык-с
нащупывать и уповать
от мальчиков и скандальчиков
Усадьбы времен гражданской войны
с железными балконами…
Больше всего мне нравится рифма, которая возникает, когда Гумберт, думая, что он усыпил Лолиту с помощью "Папиных пилюль", намерен тайно насладиться ею. Он говорит: "Где ее свалило мое волшебное снадобье" (My philter had felled her) (с. 155).[115]
Другой вид звуковой инструментовки заметен лингвисту или читателю, владеющему русским языком. Набоков использует сочетания фонетически близких звуков. Например, пары звонких и глухих согласных, таких как «б» и "п":
limp limbs[116] [такого сочетания нет, а есть "limpid lovely limbs" — "прозрачных, прелестных конечности"]
бархатистым покрывалом
патологически-бесстрашными
полным-полна блошек
практичен… и быстр
придорожным бабьём
притворного блаженства
Или «д» и "т":
анекдотическим акцентом
каскады клозетов
одинокому утолению
орудовал лифтом
отзывчивая бездна
свете свода
смрад и смерть
старая дурында
терракотовых идиотов
эту дрожь, этот толчок
яда в корне тела
Реже встречаются чередования «в» и "ф":
вернул фотографию
вокруг фонаря
фарсовым провансальским
фиолетовыми вуалями
флоре ковра
Или «з» и "с":
вздрогу-и-всхлипу
зарыдать от страсти
каскады клозетов
светло-серым взором
старое звено
узкой спиной
узнает с сожалением
Есть в тексте также и сопоставления сонантов ("м" и "н"):
книжку комиксов
мреющую книгу
размеченной мелом панели
тошнит от мальчиков
чинным замечанием
Особенно часто используются сочетания сонантов «р» и "л":
барбарисовый леденец
глоток горяченького
держал и гладил
коридорный клозет
корне тела
приспособления хрусталика
солидный и серьезный
стукнула дверь
трех лет