Ключи к смыслу жизни полностью

«Декарт понял одну фантастическую вещь — что для мысли самым страшным врагом является прошлое, потому что то, что называется прошлым, складывается с такой скоростью, что мы не успеваем ни подумать, ни понять, а уже кажется, что поняли, подумали и пережили. Прошлое обладает видимостью понятого и пережитого просто потому, что мы в каждую секунду, будучи ко­нечными существами, не можем быть везде и не имеем времени — оно должно было бы быть бесконечным, — чтобы раскрутить то, что с нами происходит (что я в действительности чувствую, что увидел), ибо все уже, как считал Декарт, отложилось, значения го­товы, и мы лишь накладываем их на пережитое и воспринятое. Но они — прошлое. То, что существует в языке в виде значений и смыс­лов, — это прошлое. И память только кажется хранилищем того, что якобы понято и пережито...

Декарт говорил — можешь только ты. Суть его философии можно выразить одной сложноподчиненной фразой: мир, во-первых, всегда нов (в нем как бы ничего еще не случилось, а только случится вместе с тобой), и, во-вторых, в нем всегда есть для тебя место, и оно тебя ожидает. Ничто в мире не определено до конца, пока ты не занял пустующее место для доопределения какой-то вещи: вос­приятия, состояния объекта и т. д. И третье (не забудем, что про­шлое — враг мысли, борясь с прошлым, мы восстанавливаем себя): если в этом моем состоянии все зависит только от меня, то, сле­довательно, без меня в мире не будет порядка, истины, красоты. Не будет чисел, не будет законов, идеальных сущностей, ничего этого не будет».

Беседа двенадцатая

Экстрасенсы и травмы. Контуры сознания. Упражнение «Контуры Уилсона»

Гений — это далеко не всегда путь вверх, к эволюции и раз­витию мозга и сознания. Очень часто гениальность начиналась с болезни, порой с тяжелейших мозговых травм.

Макарий, митрополит Московский, был болезненным ребен­ком, совершенно не способным к учебе. Однажды в семинарии во время детской игры ему разбили камнем голову. Едва выжив­ший Макарий, оправившись от ран... стал проявлять блестящие способности и в дальнейшем прославился как видный богослов, церковный деятель и писатель.

Константин Бальмонт рассказывает в своей автобиографии, что, решив покончить с собой, выбросился из окна третьего эта­жа, разбил голову, но остался жив.

После травмы он пролежал в постели год. После этого у него случился... «небывалый расцвет умственного возбуждения, жиз­нерадостности и творчества».

Эмиль Золя в девятнадцать лет, по его собственным воспоми­наниям, заболел и чуть не умер от воспаления мозга: «Я часто думал, что эта болезнь оказала громадное влияние на характер и всю мою дальнейшую жизнь и, может быть, изменила самый мозг, даже... повела к развитию известных талантов».

Русский композитор Виссарион Яковлевич Шебалин перенес тяжелую травму левого полушария мозга, лишившую его речи.

Именно после этого он создал лучшую, по отзывам Шостакови­ча, из своих симфоний.

Существуют даже научные теории о том, что отмирание опреде­ленных зон нейронов коры головного мозга словно отпускает тор­моза врожденных способностей, которые мешали им всю жизнь.

Михаил Врубель до конца жизни считал, что стал творцом по­сле тяжелейшего стресса — смерти горячо любимой матери. Сю­жеты его картин приходили в видениях, которые, по его расска­зам, были присланы ему покойной матерью.