Капля, упавшая в воду, создаёт круги волнения, но они успокаиваются. Капля крови, упавшая с рук убийцы, рисует нескончаемую цепь связанных событий.Малинин думал, что у него есть два месяца для поисков преступников. Но всё оказалось не так просто, и сейчас каждый день приносит новые жертвы, и у Малинина нет времени на раздумья, иначе каждый день может обернуться новой трагедией.Встречайте завершающую часть мистического романа «ТАЙНИК».
Полгода назад
Вывалившись в неудобной длинной дублёнке из автобуса, Лиза огляделась. Она стояла на краю какой-то затерянной в снегах деревни, вокруг метались зимние вихри, трещали ветки деревьев, и свет горел только в домике, что примостился внизу. Согласно сбивчивым объяснениям не очень трезвого водителя такси, Данила вышел именно здесь. Лиза огляделась в поисках спуска и увидела чуть поодаль подобие дорожки, прорубленной в высоком насте. Кое-как дотащив модный чемодан, у которого уже давно замёрзли и не крутились колёсики, Лиза с ужасом посмотрела на круто вьющуюся вниз полосу тропы. Она сделала первый неуверенный шаг, поставила позади себя чемодан и сразу же поскользнулась. Девушка упала на свой багаж, и окрестности окрасились истошным женским визгом. Лиза летела на чемодане, как на санках, ледяной ветер резал глаза, снег набивался в рот и ноздри. Остановилась она только тогда, когда во весь опор влетела в мягкий, недавно собранный сугроб у порога дома. Лиза барахталась в снегу, когда на него упал прямоугольник света, и на пороге появился изумлённый Данила.
– Лиза? – промолвил он, глядя на пытающуюся встать девушку.
– Нет, – Лиза крепко выругалась, – летучий голландец любви. Лиза, кто ещё?! Только я умею так вляпываться.
Лиза встала, но, сделав следующий шаг, запнулась за ручку многострадального багажа и упала прямо в объятия Данилы.
– Откуда ты здесь? – всё ещё не веря в происходящее, промолвил Данила.
– С этой, – Лиза снова перешла на лексикон сапожника, – горки.
– Ничего не понимаю.
– Всё просто. Если бы я тебя не нашла и не сказала, что я тебя люблю, то, наверное, мне казалось, что я в жизни что-то не сделала. Я не знаю, питаешь ли ты ко мне хоть какие-то чувства, но переночую я явно у тебя.
– Я очень рад, что ты здесь. Но ведь я твоей маме оставил номер телефона… Я надеялся, что ты мне позвонишь.
– Сюрприз! – саркастично заметила Лиза. – С мамой я потом разберусь, она дала только адрес. Можно я войду в дом. Я уже себя всю отморозила.
Данила с Лизой скрылись за дверью деревянной избы, перед окном начали мелькать тени, потом стало видно, что мужчина обнял девушку, что-то ей сказал и прижал к себе. Морозная ночь закружила их пристанище в танце белых покрывал, ветер завыл песню о своих путешествиях, и под сенью этого ночного представления никто не заметил непрошеного гостя, который наблюдал за избушкой из-под прикрытия стоя́щего неподалёку леска.
Убедившись, что его точно не увидят, наблюдатель развернул снегоход и с выключенными фарами уехал вглубь леса, уверенный в том, что следы точно заметёт сильная метель. Человек пересёк широкое, полностью заваленное ночной мглой поле, выехал на дорогу и по обочине добрался до небольшой деревушки. Здесь он остановился возле единственного жилого домишки, откуда из трубы валил дым и, отряхнувшись от снега, вошёл внутрь.
– Она приехала. – с порога сказал мужчина.
– Проходи, грейся. – отозвался высокий женский голос. – Если бы ты знал, как мне надоело собирать всё воедино. Но у нас одна цель и мы должны всё завершить вовремя.
***
Сейчас в Карельске.
Штормовое предупреждение распугало жителей и разогнало по домам, все местные знали, если объявляют красный уровень опасности, то это не шутки: лучше убраться, запереть наглухо окна и не высовываться. Даже тем, кто припозднился, лучше было искать укрытие, нежели двигаться к дому, потому что по дороге могло случиться всё что угодно, от упавшей на голову вывески до удара молнии.
– Светлана Ивановна, давайте где-нибудь спрячемся. – вытирая мокрое лицо, вторила молодая девушка, глядя в спину упорно идущей вперёд пожилой даме.
– Неля, не трусь. Нам до дому осталось всего ничего. Где ты предлагаешь сидеть? Под деревом, что ли? – пытаясь поймать полы дождевика, гаркнула женщина, даже не поворачиваясь к своей спутнице.
– Далась вам эта дача. – процедила сквозь зубы девушка.
– Да, далась. Мне, Неля, дались с таким трудом купленные парники, а сейчас ветер все двери разломает, дождь побьёт посадки. Вам молодым не понять, вот Виталик жаловался, что ты совсем готовить перестала.
– Начинается. – раздосадовано сказала девушка.
Женщины вышли на открытую местность, и ветер утащил с собой её последние слова. Дальше спутницы шли молча, пытаясь противостоять разгневанной стихии. Вдруг Неля чуть ли не влетела в спину резко остановившейся женщины.
– Светлана Ивановна, что вы? – спросила она, обходя её сбоку.
– Нель, чё-то не пойму, что там впереди? – недоверчиво спросила женщина.
Неподалёку, там, где тропинка упиралась в потрескавшуюся асфальтированную дорогу, возле столба с фонарём стояла женская фигура. Одна её рука была примотана колючей проволокой к шершавому бетонному основанию, вторая крепилась к деревянному обрубку, торчавшему из земли, ранее служившему опорой для электрических проводов. Безвольное тело было замотано в намокшую белую тряпку, полы которой барахтались вместе с ветром в набежавшей под ноги луже, мокрые волосы девушки свисали жидкими прядями, полностью закрывая её лицо.
