— Когда она тронется, быстро прыгайте на нее и хватайтесь, пока не разогналась. Ждите, пока я не скажу спрыгивать, и тогда прыгайте. Если промедлите, цепь принесет вас к колесу и отправит обратно вниз — или вообще размажет. Подойдите ближе к двери… готовы?
Артур и Сьюзи встали в дверном проеме плечом к плечу. Острошерст перехватил цепь поудобнее, затем прыгнул и повис на ней. Под его весом она ушла вниз на пару метров, с жутким скрежетом и лязгом. Затем раздался щелчок, громкий, почти как ружейный выстрел, и цепь медленно двинулась вверх, и Острошерст вместе с ней.
Сьюзи прыгнула раньше, чем Артур успел сообразить, что пора. Она уцепилась сразу крепко и вскарабкалась еще выше, чтобы устроиться как раз под задними лапами Острошерста.
— Вот это здорово! — крикнула она и исчезла из виду. Цепь уже ускорялась.
Артур сглотнул и прыгнул следом за ней.
Артур ушибся о цепь носом, но как следует ухватился лапами, изо всех немалых сил сжимая звено. Цепь поднималась вверх на скорости пятьдесят или шестьдесят километров в час, встречный поток был настолько силен, что прижимал крысиные уши Артура к голове.
— Ой-ой, — неожиданно сказала Сьюзи.
— Что такое? — Артур взглянул вверх. Сьюзи висела всего на одной лапе, а другой болтала в воздухе. — Ты что творишь? Держись обеими руками… лапами… держись, короче!
— Легко сказать! — крикнула Сьюзи. — Не могу. Лапа превращается назад в руку и не хочет нормально работать!
— Держись зубами! — посоветовал Острошерст и показал, как это делать. У него были впечатляющие зубы длиной где-то двенадцать сантиметров.
— Да не могу! — ответила Сьюзи. — У меня и со ртом что-то творится, его весь перекосило!
Она соскользнула по цепи ближе к Артуру. Сейчас она выглядела чем-то средним между крысой и человеком. Он вскарабкался к ней, и по его голове проехались две ноги — крысиная и человеческая — утвердившись у него на плечах.
— Почти на месте! — крикнул Острошерст. — Я считаю. Прыгайте на счет три, неважно куда.
— Не могу… держаться!
Сьюзи упала на Артура. Он ухватился за звено собственными внушительными передними зубами и одной лапой, а другой лапой поймал девочку. Он даже не был уверен, за что именно ее держит: все ее тело извивалось и изменялось, части его принадлежали Взращенной Крысе, а часть — человеку. Даже на вид этот процесс выглядел очень неприятным и болезненным, и морская одежда превратилась в лохмотья, разорванная трансформацией.
— Раз!
Сьюзи выскользнула из хватки Артура, но он взмахнул ногами и поймал ее задними лапами. Оказалось, что у Крыс они почти такие же ловкие, как и передние.
— Два!
Они вылетели из узкой шахты в большой грязный склад, на две трети заполненный смазочными материалами, как и помещение внизу.
— Три! Прыгай! — крикнул Острошерст.
Артур открыл рот и оттолкнулся от цепи — изо всех сил, чтобы прихватить с собой и Сьюзи. Оба приземлились на краю шахты, и ему пришлось отползать в более безопасное место, волоча Сьюзи за собой задними лапами.
Над их головами цепь продолжала движение через широкую трубу в какое-то другое помещение. Артур мельком увидел огромное быстрое колесо, которое двигало ее.
— Скамандроса я отпинаю, когда снова увижу! — прорычала Сьюзи. Она поднялась на ноги и тут же снова рухнула: ее нижняя часть стала человеческой, а верхняя — крысиной, так что пропорции нарушились, и центр тяжести уехал куда-то далеко.
— Должно быть, оно скоро… ох… выветрится, — предположил Артур. Ему пришлось прерваться на середине фразы, когда накатила волна тошноты. Его торс вдруг вытянулся на метр, затем снова укоротился, а лапы превратились в четыре ступни.
— Да уж было бы неплохо, — сказала Сьюзи. — Спасибо, Артур.
Она отползла подальше от шахты, и Артур после некоторого размышления последовал за ней. Быстрые изменения в теле могли заставить его упасть вниз, если оставаться так близко к краю.
— Я пока осмотрюсь и разведаю, пока вы тут в себя приходите, — сказал Острошерст. — У маслят — местные дети Дудочника так себя называют — есть депо через дорогу, и дренажная труба ведет отсюда туда. Поверху перейти не получится, потому что наряд Добавочных Чародеев присматривает за депо, но я проберусь внутрь, переговорю с маслятами и принесу вам одежду.
— Только не называй наших настоящих имен, — предупредил Артур. У него жутко чесался нос, но руки не слушались, и почесать его он не мог. — Скажи им… ой… скажи, что нас демобилизовали из Армии, и что нам только что промыли головы, так что мы не помним ни своих имен, ни вообще ничего.
— Будет сделано, — кивнул Острошерст. Он подошел к люку неподалеку и открыл его. Раздался шум текущей воды — очень сильный шум.
— Придется подождать пару минут. Эта труба то и дело наполняется водой. Время решает все, как говорится.
— Тихо! — внезапно приказал Артур. Он сел, насколько это у него получилось с перекошенной шеей, и насторожил единственное крысиное ухо. Кроме шума воды, он услышал голос, и в тот же самый момент ощутил хорошо знакомый толчок в голове.
— Артур!
