Ключи от рая полностью

Отец Брайан Флинн, викарий церкви Святого Августина в Россморе, ненавидел День святой Анны со страстью, необъяснимой для католика. Однако, насколько ему было известно, он был чуть ли не единственным священником в мире, в приходе которого находился многоводный источник Святой Анны, святыня и место поклонения верующих. Место, где прихожане собирались, чтобы попросить мать Девы Марии решить их разнообразные проблемы, в основном личного характера, с которыми они не могли обратиться к мужчине-священнику. Например, найти им жениха или мужа, а затем благословить их союз, послав им дитя.

Рим хранил молчание по поводу этого источника.

Возможно, Рим преследовал двойную цель, мрачно думал отец Флинн. Там могли быть довольны тем, что в становящейся все более мирской Ирландии совершаются хоть какие-то благочестивые дела, и не желали им препятствовать. Разве Рим не мог сразу сказать, что языческим церемониям и суевериям не место в храме Божьем? Это какая-то загадка, говорил Джимми, симпатичный молодой врач из находящейся в нескольких милях деревни Дун. По его словам, в медицине происходило в точности то же самое: не могли получить высокий пост те, кто к этому стремился, зато он случайно доставался тем, кому это было вовсе не нужно.

Церемонии происходили ежегодно, двадцать шестого июля, когда люди приходили из ближних и дальних мест, чтобы молиться и украшать источник венками и цветами. Отца Флинна неизменно просили сказать несколько слов, и каждый год он страдал, делая это. Он не мог сказать этим людям, что это очень близко к идолопоклонничеству — когда сотни людей настойчиво добираются до обшарпанной статуи, некоторые части которой откололись, находящейся в глубине пещеры позади древнего источника в центре зарослей боярышника.

Из того, что он читал и изучал, следовало, что о святой Анне и ее муже святом Иоакиме люди имели довольно неясное представление; вполне вероятно, что ее путали с Анной из Ветхого Завета, которая считалась бездетной, а в конечном счете родила пророка Самуила. Но чего святая Анна точно не делала за последние две тысячи лет — она не бывала в Россморе, в Ирландии, не выбирала места в лесах и не устраивала там святой источник, который никогда не иссякал.

Это было совершенно определенно.

Но попробуйте сказать это кому-либо из жителей Россмора, и вам не поздоровится. Поэтому ежегодно он стоял там, бормоча десяток молитв, которые не могли задеть ничьих чувств, и читал небольшую проповедь, призывающую к доброжелательности и терпимости, которую большинство поклоняющихся просто не слушали.

Отец Флинн часто думал о том, что у него вполне достаточно своих забот, помимо заботы об источнике Святой Анны. Здоровье его матери внушало все большие опасения, и быстро приближалось то время, когда она уже не сможет жить одна. Его сестра Джуди написала ему, что, хотя Брайан избрал одинокую жизнь и дал обет безбрачия, она не желает оставаться одинокой. Все кругом или женаты, или распутничают. Брачные агентства испытывают нашествие психопатов, на вечерних курсах можно встретить только находящихся в депрессии неудачников; она собирается приехать к источнику близ Россмора и попросить святую Анну помочь ей решить ее проблемы.

Его брат Эдди оставил свою жену Китти и четверых детей в поисках самого себя. Брайан отправился взглянуть на Эдди — тот нашел себя, уютно устроившись с Наоми, девицей на двадцать лет моложе брошенной жены.

Смеясь в лицо Брайану, Эдди сказал:

— Ты ведь не похож на нормального мужчину, так почему все остальные должны походить на тебя и давать обет безбрачия?

Брайан Флинн почувствовал себя очень усталым. Он подумал, что на самом деле он нормальный человек. Ему нравились женщины, но он был связан данным церкви словом. Существующие правила гласили, что, если он хочет быть священником, он не должен жениться и иметь детей, то есть у него не должно быть нормальной семейной жизни.

Отец Флинн всегда говорил себе, что однажды эти правила изменятся. Даже Ватикан не может оставаться безучастным, видя, как столь многие покидают ряды духовенства, чтобы жить по человеческим, а не по Божьим законам. Во времена Иисуса все апостолы были женатыми мужчинами, новые правила были введены гораздо позднее.

И потом, если в связи с этим в церкви поднимется шум, то это заставит консервативных неповоротливых кардиналов осознать, что в двадцать первом веке некоторые каноны должны быть пересмотрены.

У людей больше нет чувства невольного уважения к церкви и ее священнослужителям.

Теперь все не так.