Артур вылетел из дома со скоростью ведьмы на реактивной метле. В ближайшем киоске он купил какое-то неведомое плюшевое животное с огромными грустными глазами и кривым сердечком в лапах, далее – цветочный магазин – громадный букет одуряюще вонючих, но очень эффектных белых лилий… Через полчаса он уже решительно звонил в двери Цаплиной. В конце концов, если она в поиске, то лучше его всё равно никого не найдёт.
Про Киру Артур даже не вспомнил. Какая Иванцова, когда тут жизнь налаживается?!
В пять Кира начала названивать Князю на мобильный. Вне зоны. К домашнему никто не подходил.
Что-то случилось! Что-то страшное, непоправимое… В мозгу пронеслись таблички: «больница», «морг», «похищение».
Наспех накинув плащ, девушка побежала в школу. Зубы стучали, сердце, наоборот, билось как-то заторможенно, голову стиснул колючий шипастый обруч. Почему она направилась именно в школу? Наверное, потому, что там были Лёня и Андрей. Только их можно было попросить о помощи. Ведь Артуру наверняка нужна была помощь.
Цаплину с Князем она увидела почти сразу. Они обжимались среди вешалок в гардеробе. Кира, может быть, вообще пронеслась бы мимо, если бы не ярко-алая куртка Артура, такая характерная, такая приметная.
Она не успела ни обрадоваться, ни расстроиться. В груди словно что-то щёлкнуло, и эмоции перестали вырабатываться. Вата, сплошная вата, а в ней хрупкий стеклянный шарик – девочка Кира.
– Ой, Иванцова, извини, – махнул ей рукой Князь. – Забыл предупредить, я на дискотеке с Василисой.
Цаплина презрительно скривила красивые губы и победоносно пришлёпнула Киру взмахом густых ресниц.
Вот так тебе, Иванцова.
– Ага, – равнодушно кивнула Кира, быстро разделась и побежала в зал. И какая теперь разница, обаятельная она или нет, эффектная или нет? Ни-ка-кой. Когда до этого нет дела человеку, которого любишь, то и красота ни к чему.
Наверное, надо было заплакать, может быть, стало бы легче. Но почему-то слёз не было. Лишь лихорадочное желание сделать что-то такое… Нет, не сделать, выяснить, почему так… Нет, не то. А что? Просто смотреть, как им хорошо вместе, и страдать? Вряд ли. Так, может, уйти, пока не поздно?
– О, Кирюха, – обрадовался Лёня. – Какая ты нарядная.
– Да, я такая, – согласилась Кира. Внутри по-прежнему было пусто-пусто. Как в старой скорлупке, орех которой давно истлел и осыпался пылью.
– А Князев где? – не унимался болтливый Лёнчик.
– В Караганде, – терпеливо просветила его Кира.
Она тоскливо обвела взглядом зал. Всё как всегда. Счастливые пары танцуют, стесняющиеся парни робко жмутся к стенам и нервно ржут, исполненные надежд одинокие девушки старательно делают вид, что им плевать, пригласит их кто-нибудь или нет.
На вошедших в зал Князева и Цаплину смотрели все. Парни завидовали, что у него такая шикарная девушка, девчонки вздыхали, что этот красавец достался не им.
– Лёнь, – Кира дёрнула Мазаева за рукав. – Хочешь потанцевать?
– С кем? – испугался Лёня. – С Василисой? Нет уж, не надо меня на амбразуру…
– Боже, – простонала Кира. – Что у тебя в башке? Со мной потанцевать хочешь? Вот просто взять, пригласить меня на медленный и станцевать? Хочешь?
– Вообще, нет, – подумав, осторожно признался Мазай. – Я танцевать не люблю, если только быстрые, и то без фанатизма. Но если надо, чисто по-дружески…
– Я хочу с тобой потанцевать, – влез Донецкий. – И танцевать я люблю, но не умею. И вообще, раз уж у вас тут такие порядки, могу быть твоим парнем. А то у тебя такой вид, словно тебе ворота дёгтем намазали.
Они её жалели! Кира просто на сто процентов была уверена, что оба этих дурачка её жалели. Романтики, рыцари, просто друзья. Если б они только знали, как больно ранит жалость. Иногда даже больнее, чем предательство.
– Не, парнем – не надо, достаточно танцев. А то глупо стоять, раз пришли на дискотеку, – пробормотала Кира.
– Как скажешь, – не стал настаивать Донецкий. – Слушай, ты что, плакать собираешься?
– Не заплачу, не бойся, – мрачно утешила кавалера Кира.
– Да я не боюсь. Знаешь, не моё дело, конечно, но я всё же скажу. Если парень доводит тебя до слёз, он тебя не стоит. Дорогому человеку никогда не сделают больно.
– Угу, это точно не твоё дело, – засопела Кира. – Пляши молча.
Танцевал он действительно не очень. Да и Кира была та ещё балерина, так что оба друг друга стоили. Андрей исправно тёрся рядом, видимо, всё же решив соответствовать роли её парня. Наверное, это было к лучшему, так как Цаплина бросала в их сторону испепеляющие взгляды.
Ну, хоть так…
Кира, поймав её очередной убийственный взор, взяла Донецкого под руку и, сладко улыбаясь, шепнула ему на ухо:
– А целуешься ты так же ужасно, как танцуешь?
Это выдало её подсознание. Просто требовалось срочно изобразить воркование для медленно закипавшей Цаплиной, а больше ничего путного в голову не пришло.
Донецкий очумело уточнил:
– Ты проверить хочешь или вопрос чисто теоретического толка?
– Вообще забудь, – отпрянула Кира. Василиса уже отвернулась, повиснув на своём Князе, поэтому дальше можно было представление не продолжать.
– Нет, почему же, – оживился Донецкий.
