На прошлой неделе у нас остался только один запасной ход, при котором банк обязательно бы стал банкротом. Мы им и воспользовались. Я уговорила пресс-службу Центрального банка дать информацию в СМИ о том, что твоя кредитная организация имеет плохое финансовое состояние и что регулятор уже давно ввел против него различные предписания. Это сработало. Клиенты начали снимать средства, спасая свои накопления. Результат не заставил себя ждать, и банк за считаные дни свалился в кризис ликвидности, единственным выходом из которого мог стать только немедленный денежный взнос акционера. Учитывая, что выведенные им средства находятся в каких-то проектах и активах, а свободных денег недостаточно, чтобы закрыть все проблемы банка, у него оставался только один источник быстро аккумулировать средства, взяв их с этого скрытого счета. Тогда мы смогли бы подобраться к нашим деньгам. Но мы просчитались. Савинов не стал помогать своей компании. Как ни странно, причиной этого стали результаты твоей работы. Проводя в жизнь свой план восстановления финансового положения банка и отбиваясь от претензий регулятора, ты обелил акционера. Все плохие и невозвратные кредиты, выданные его подставным фирмам, к которым были вопросы со стороны Неглинки, ты в течение последнего полугода аккуратно переоформил в новые, красивые, но такие же фиктивные активы, к которым не было никаких формальных претензий, однако все эти новые заемщики уже не были связаны с акционером. Ты сделал то, что он не смог осуществить за многие годы владения данным бизнесом. Этим самым ты разорвал связь между его организацией и украденными им деньгами. В итоге оценив баланс между стоимостью лицензии работающего банка и общей суммой выведенных им средств вкладчиков, он принял решение уйти с этого рынка и замести следы всех своих краж. Очевидно, что такой вариант для него оказался выгоднее, чем продолжать владеть кредитной организацией, покрыв разрыв в ликвидности.
Я слушал ее рассказ. Мозаика сложилась. Однако что теперь ожидать дальше? И что вообще делать?
– Послушай, а зачем меня пытались сегодня арестовать? – негромко спросил я.
– Сегодня тебя никто не собирался закрывать. Я знаю, что ты не фигурировал в заявлении Савинова. Кроме всего прочего, я пару дней назад упросила его официально уволить тебя с должности руководителя банка. Он согласился. Но я уверена, что Леонид сделает все, чтобы тебя на днях все-таки арестовали. Ты ему совершенно не выгоден на свободе. Но тебе повезло, и сейчас есть небольшой запас времени. Что касается тех людей, которые привели тебя на работу в банк, то их арест дает Савинову возможность показать всем, как он переживает за судьбу банка и как беспокоится за невозвращенные кредиты. Ведь на балансе банка остались, по сути, только две большие задолженности, которые хоть как-то можно связать с его именем. Деньги, которые задолго до твоего прихода в банк были выданы компаниям, номинально принадлежащим этим двум людям, очень давно ушли куда-то на другие фирмы и через большое число подставных структур перешли опять под управление Савинова. Тем не менее при предстоящих во время банкротства разбирательствах какие-то силы могли постараться обвинить акционера банка, при этом еще председателя совета директоров, и заявить, что он лично связан с этими заемщиками, которые юридически принадлежат его давним партнерам, сотрудникам и друзьям. В итоге Савинов решил, что дружба стоит меньше, чем желание возвращать деньги, и, сработав на опережение, подал на своих товарищей заявление о мошенничестве. Они идут в тюрьму. Он демонстрирует всем, что радеет за свой банк. Однако какое еще заявление он подаст сегодня или напишет завтра, я не имею представления. Ты, как я уже сказала, ему совершенно не нужен. Так что уезжай на время, мой любимый банкир. Я приеду к тебе, как только смогу, и мы подумаем, что делать дальше.
– А почему ты меня не предупредила заранее? – спросил я.
– Ты не должен был ничего знать, иначе мог начать действовать вне нашего контроля, и рухнули бы все планы.
– Они и так все рухнули! – возмутился я. – Вы ошиблись и проиграли! Но при этом пострадал я и еще много других людей, которые со мной сотрудничали в последнее время.
– Извини, пожалуйста, – безучастно сказала она. – Уезжай! Как будешь в Европе, позвони, и я к тебе прилечу на несколько дней. Сейчас мне необходимо кое-что еще проверить. Надеюсь, когда мы опять увидимся, у меня уже будет новая информация, полезная для нас обоих.
Она встала, поцеловала меня в щеку, взяла свою сумочку, лежащий на подлокотнике кресла клетчатый плащ Burberry и ушла.
Я расплатился, накинул на себя синий твидовый пиджак, вышел из отеля и двинулся по направлению к мосту через реку. Слева, блестя огромными зеркальными окнами в лучах солнца, возвышалось здание Московского главка Центрального банка, сотрудники которого привели компанию, где я работал до сегодняшнего утра, к банкротству.
