– Мне не следует находиться здесь. Нам нельзя… – Она осеклась и уставилась в пол.
– Заниматься любовью?
Она едва заметно кивнула:
– Все это неправильно. Очень неправильно.
– А мне кажется, чертовски правильно.
– Знаю.
Она коротко, хрипло засмеялась, блеснув глазами.
– Я все время об этом думаю. Как может неправильное ощущаться правильным?
– Если это ощущается правильным, как оно может быть неправильным?
– Так уж получается. Ты женишься.
Он сам ни на минуту не забывал об этом. Только объятия Эми прогоняли все мысли и сопутствующую им тошноту.
У него судорожно сжался желудок. Отбросив одеяло, Гелиос встал, подошел к ней и оперся рукой о дверь, не давая сбежать. И заговорил медленно, продумывая слова перед тем, как сказать. Знал, что одно неверное слово заставит ее умчаться, как бы он ни пытался этому помешать.
– Эми, я, конечно, женюсь, но хочу только тебя.
– Мы уже обсуждали это. Не важно, чего хочешь ты или чего хочу я. Реальности ситуации это не меняет. Сегодняшняя ночь была ошибкой, которую нельзя повторять.
– Но побег тоже ничего не решит. Признай это, девочка моя. Мы должны быть вместе.
Она крепко сжала зубы.
– И что ты намерена делать? – уничтожающе спросил он, наклонившись ближе к ее посеревшему лицу. – Сбежать и взять в любовники Леандра? Таким образом ты намерена доказать, что между нами все кончено?
– Откуда ты знаешь про Леандра?
Она покачала головой и глубоко вдохнула.
– Не отвечай. Я догадываюсь.
Он не чувствовал угрызений совести за то, что искал информацию об ее молодом человеке. Гелиос заботился о тех, кто был ему небезразличен.
– Он слишком молод для тебя, Эми. Тебе не нужен мальчишка. Тебе…
– Он мой брат, – прошептала она, внезапно рассердившись. Краска гнева залила ее щеки.
Гелиос от неожиданности онемел и, отступив, провел рукой по волосам.
– Но Леандр эгонец. Твои братья англичане, как и ты.
– Я только наполовину англичанка.
– Твои родители англичане.
Разве это не так? Разве они не обсуждали это?
– Мой отец англичанин. Илейн – мама – мне не родная. Моя родная мать родом с Эгона.
Как получилось, что он этого не знает?
Эми, должно быть, разгадала направление его мыслей.
– Помнишь, однажды ты спросил, почему я одержима любовью к твоей стране?
– Ты так мне и не ответила.
Он вспомнил их беседу несколько месяцев назад, когда они только начали спать вместе. Тогда она ушла от вопроса.
– А ты и не настаивал. – Эми покачала головой со смесью грусти и гнева.
– Я не знал, что нужно настаивать. Не умею читать мысли.
– Извини.
Она беспомощно пожала плечами:
– Я очень хотела рассказать тебе, попросить помочь найти ее. Но знала, что мое признание изменит природу наших отношений.
– Что изменилось бы? – с недоумением спросил он.
С самого начала между ними пылала страсть, подобной которой он не испытывал с другими женщинами. Он никогда не просил ее уйти ночью. Любил делить свое пространство с этой невероятно сексуальной, умной, красивой женщиной. Ему нравилось, как она учила его многому из того, что знала о его собственной стране.
Но узнать, что в этой стране у нее есть корни…
– У меня от тебя нет секретов, – добавил он. Голова шла кругом.
– Если не считать бала с целью найти жену.
Гелиос втянул в себя воздух. Да, он всячески скрывал от Эми истинную цель бала. Знал, что она что-то утаивает от него, но понятия не имел, насколько это важно.
– Я боялась.
Боль снова полоснула его внутренности.
– Меня?
– Того, что ты подумаешь обо мне. По крайней мере, боялась вначале. А еще и потому, что мы были ограничены во времени, и оба знали, что не будем вместе всегда. И оба что-то скрывали.
– Я никогда ничего не скрывал.
– Неужели?
В ее глазах не было вызова, только вопрос.
– Гелиос, я не могу рисковать тем, что наши отношения разовьются в нечто большее и мы станем ближе. Мы не можем быть вместе вечно. Я старалась защититься.
Он долго смотрел на Эми, пытаясь понять, что у нее на уме. Хотелось хорошенько ее встряхнуть. Жаль, что все не может быть иначе.
– Никуда не ходи, – сказал он, повернувшись и устремляясь в гардеробную. – Нам нужно поговорить, а эту беседу не стоит вести голыми. Мы давно уже перешли точку, когда можно хранить друг от друга тайны.
Пока Гелиос надевал шорты, Эми воспользовалась этими мгновениями, чтобы собраться с мыслями.
Но времени оказалось недостаточно.
Она крепко прижалась спиной к двери. Горло свело так, что говорить было невозможно.
– Я не шучу, Эми, – жестко отрезал он. – Ты никуда не пойдешь, пока мы все не обсудим.
– Какой в этом смысл?
– Если твоя история мешает нам быть вместе, я, черт возьми, заслуживаю того, чтобы услышать правду.
Он сел на кровати и оперся спиной об изголовье.
– Теперь иди сюда.
В какой кошмарный переплет она попала! Так просто не должно было кончиться. Воспоминания о проведенном с ним времени должны остаться светлыми, а не полными печали и отчаяния! Потеря его не должна причинять боли!
Она присела на край кровати и повернулась к нему. Шумно выдохнула, уставилась в потолок.
