– Мы думаем, – вставил Альберт, – что их тем больше, чем больше неспящих.
– В таких районах, – Филип кивнул за борт, – спать ложатся рано. Это туристы гуляют ночью.
Оксана спросила по-русски:
– Куда мы едем?
Яна учила русский язык и планировала переводить российских поэтов. Филип знал некоторые фразы и слова.
– В мою квартиру, – ответил он. – Нам надо передохнуть и обсудить дальнейшие действия.
– В Оксанином подъезде лунатики открыли газ. Чтобы вытравить неспящих.
– Умные, суки! – присвистнул Филип. Вилма пялилась в одну точку и скоблила шею ногтями. Он хлопнул ее по запястью, как папаша хлопает дочурку, расковыривающую комариный укус. – Соседей у меня почти нет. Кто путешествует, кто работает за рубежом. Половина квартир пустует. И… Альберт, – окликнул он, – повтори то, что ты рассказывал про лунатиков.
– Мой дом, – проговорил учитель, – находился в Вышеграде.
– И находится, Альберт. По сей день.
– Ну да. – Учитель коснулся мизинцем переносицы, будто поправлял невидимые очки. – Я живу один. Люблю подолгу бродить по окрестностям. Я был на кладбище, когда все началось. Соседи убивали соседей… – Он поник.
– Опусти подробности, – посоветовал Филип.
– Да… я… спрятался на могиле Дворжака. – Альберт обвел взглядом собеседников. – Моего любимого композитора. – В лице седовласого учителя было что-то восторженно-юношеское. – Через час крики затихли. Я решил проверить. Лунатики собрались напротив деканства. Они… остолбенели и таращились на луну. Вроде и не дышали совсем.
Он замолчал, чтобы Корней перевел для своей подруги. Оксана затараторила в ответ.
– Люди в окнах, – показал Корней на многоэтажки.
– Да, мы заметили.
– Они тоже остолбеневшие. Что было потом?
– Потом пришли военные, и я снова схоронился. Лунатики очнулись. Не ото сна, а от этого… паралича. Напали, но солдаты положили их из автоматов. Я боялся, что военные и меня прикончат. Автобусы привозили беженцев. Я смешался с толпой. Наблюдал за осадой из кустов, как трус.
Филип похлопал Альберта по плечу.
«Ничем бы ты не помог, поклонник Дворжака и „Битлов“».
– Я увидел уезжающий грузовик, понял: это мой последний шанс. Ребята спасли меня.
– Так вот, – опередил Филип очередную порцию благодарностей, – у меня созрела теория. Сомнамбулы перестают двигаться, если им некого убивать. Если они не чуют рядом бодрствующих.
Корней вскинул брови:
– Вы хотели сказать «не видят»?
– Не видят, да. Потому их до черта в старой части города.
– Убивать, – прошелестела Вилма, – их единственная цель.
– А наша цель – жить.
– Америка скоро падет, – не унималась Вилма, – или пала уже. Япония на очереди.
– Ребята! – Оксана дернула Корнея за рукав.
По газону мимо стеклянной коробки автосалона шел тощий парень в камуфляжных штанах. Загорелый торс он подставил солнечным лучам. По впалому животу и торчащим ребрам рассыпались татуировки. За плечом болтался тряпичный, сшитый из лоскутьев, рюкзак.
Альберт близоруко прищурился:
– Лунатик…
– Нет-нет! – воскликнула Оксана. – Он нам машет.
– И впрямь!
Парень поднял руку и шевелил пальцами. Типичный автостопщик, ловящий попутку.
Филип постучал по заднему стеклу кабины.
– У нас пополнение! – крикнул он Камиле.
Грузовик припарковался возле мотеля. Филип заметил трупы, сваленные за забором, но ничего не сказал, а наоборот, привстал, чтобы заслонить от Вилмы обзор.
– Давай скорее, приятель!
Парень запрыгнул в кузов, машина тут же тронулась.
– Нормально, – сказал он. – Вы первые, кто остановились.
– А были другие автомобили?
– Да, все прут из города. Я – Вик, кстати.
Шею парня окольцевала татуировка – бусы из черепов. По небритым щекам ползли чернильные слезы. У губ белели струпья. Что-то подсказывало Филипу, что выглядел пацан неважно и до апокалипсиса.
– Рады знакомству, Вик. Я…
– Тебя как звать, подруга? – Вик окинул горящими глазами Оксану. – Классная фигурка!
– Простите… – кашлянул Корней.
– Твоя девка, да? Чего ты напрягся? Спокойно! – Вик обнажил в ухмылке пеньки гнилых зубов. – Разберемся. – Он подмигнул Оксане. – А что у вас тут, вечеринка?
– Извините, – сказал Филип, – вы можете сесть?
– Лишь бы не в тюрьму, босс!
Вик плюхнулся рядом с Вилмой. Та вздрогнула и отодвинулась к борту.
– Как твое ничего, сестра? Ты в теме, да?
Пальцы Вика помассировали колено Вилмы.
– Не надо… – пискнула она.
– Сестра в теме! – довольно усмехнулся Вик. – А у тебя есть, да? Угостишь брата?
– Уберите, пожалуйста, руку, – твердо сказал Филип.
– Немного занудная вечеринка, да? – Вик засмеялся.
Грузовик проехал железнодорожную ветку. По сторонам дороги густел августовский лес.
– Ого! И вы молчали! – Вик качнулся к ящикам с медикаментами. – Есть аптечка – будет веселье. Дядя Вик научит вас никогда не спать. В обмен на маленькое одолжение. – Он послал Оксане воздушный поцелуй. – А за баранкой тоже телка? Да у вас целый гарем, мужики! – Вик харкнул слизью на рифленый металл.
– Здесь не плюются! – взъярился Альберт. – Что вы себе позволяете, молодой человек?!
– Пзвляете мдой чвек… – передразнил Вик учителя. – Тебе какое дело, дед? Тебе и так никто не даст. У наших дам хороший вкус, да, девочки?
