Он поднялся и похромал к домику. Больно было, а страшно - уже нет. Полная уверенность в том, что он делает всё правильно, идёт туда, куда надо...
Немного покопался на веранде - чего там только не было, но ни жгута, ни верёвки. Тряпки - да, были, но очень уж грязные, до них и дотрагиваться не хотелось, - все в какой-то землистой пыли...
Толкнул дверь - что-то вроде кухни. Дальше - комната.
Заметил, что оставляет кровавый след. "Раненый боец", сказал бы папа...
Поднял глаза - и увидел голову. Гигантскую голову без тела... Или нет, с телом. С тельцем. Просто Лёня не сразу его заметил...
Страшно почему-то всё равно не стало. Стало странно. Ещё страннее, чем было. Только поэтому Лёня и встал как вкопанный. "Глаза. Уши. А может, не уши..." - разглядывал он.
Голова издавала еле слышные звуки - сопела она, что ли... Рот её становился то шире, то уже. Чёрные глазки на тонких стебельках едва заметно дрожали. В первую секунду они показались Лёне неприятными, потом непонятными, а потом... Что случилось потом, Лёня уяснить был не в силах. Такого быть никак не могло: он как будто оказался в этих глазах, провалился. Провалился - а в то же время и взлетел. Вихляевка оказалась внизу. По бокам - какая-то извивающаяся, всё время меняющаяся чернота. А сверху - необычайной чистоты небо. Чистоты - и светлоты... Да и танцующая чернота по сторонам светилась. Светилась чернотой. У Лёни просто дыхание перехватило - от удивления, от... от всего. Он летел вперёд и вверх, а дома-коттеджи-домики продолжали подрагивать где-то под ногами. Вихляевка, небо, чернота - и полная свобода... А вот и Вихляевка сместилась куда-то в сторону. Только небо, чернота и свобода!
Лёня решил кувыркнуться - и кувыркнулся. Ещё и ещё! Наверно, никогда ему не было лучше, чем сейчас. Легче, радостней. И только проколотая нога, особенно когда она - в кувырке - оказывалась наверху, как-то... пульсировала. И это мешало. Не сильно мешало, немного, но... как заноза, от этого "немного" хотелось немедленно избавиться - и, казалось, что это вовсе нетрудно. Лёня опять кувыркнулся, опять пульсация... И он с силой дёрнул ногой, стряхивая этот "пульс". Небо сияющим синим потоком окатило Лёню. Он зажмурился - от неожиданности, от яркости, - а когда открыл глаза, был снова в доме. И напротив - голова. Всё та же огромная беспомощная голова в сумрачном заброшенном доме...
- Ни фига себе...
