Я подбежала к окну, распахнула его и выпрыгнула на улицу, больно стукнувшись коленом о кособокий подоконник. Стремглав преодолела двадцать метров до медицинской кареты, впрыгнула в её открытую пасть… Как часто я представляла, как меня в виде разрозненных кусков мяса помещают в эту машину? Как долго боялась этого дня? И вот сама запрыгнула, вся целиком, не по кускам… Неудачное место для пряток: вариант всего один – забиться под стеллаж, на котором уже стоят морозильные камеры с органами подобных мне клонов… Я сделала это. Залезла под стеллаж, поместилась в узкую щель, приникла щекой к холодному полу и забыла, как дышать… Всё в последний момент. В момент, когда последняя партия органов приближалась к карете.
– Почему сегодня с задержкой? – спросил один лаборант у другого. – Мы должны были выехать еще два часа назад.
– Ты как новичок, Улоф, хотя работаешь в доставке уже шесть месяцев. Не переживай, органы в таких криокамерах могут храниться месяцами, так что мы никуда не опоздаем, – с этими словами ноги одного из вошедших в машину мужчин остановились прямо перед моими глазами, и на железную стойку над моей головой с грохотом установилась одна из морозильных камер. – Кто бы мог подумать, что лёгкие могут быть такими тяжёлыми… – он гнусаво хихикнул и отошел.
– Ты не ответил на мой вопрос, Ове.
– Ты о причине задержки? Да банальщина! У одного из клонов, находящегося в переходном состоянии, отказал организм – пришлось в срочном порядке производить полный разбор, вот мы и ждали, чтоб забрать заодно и эти детали. Давай уже ставь глаза на полку и пошли, и вправду пора уж выдвигаться.
– Но здесь не осталось места, – откликнулся Урбан, но Ове уже не слушал его – он ушел. – Вот ведь дурак! – сразу же начал бубнить всё ещё стоящий прямо перед моим укрытием лаборант. – Занял этими
Он ногой придвинул контейнер поближе к моему лицу, и теперь мои глаза смотрели в упор на глаза, плавающие в плотном желе – вот как выглядели бы мои собственные глаза, если бы меня разобрали! Только мои с голубыми зрачками, а зрачки этих глаз чёрные-чёрные…
Прежде чем двери кареты захлопнулись, я увидела… Подпись… Один плавающий глаз как будто смотрел на эту подпись и заставлял меня посмотреть в том же направлении… Внизу, на железкой раме, было выгравировано имя клона, которому прежде принадлежали эти чёрные глаза.
…Не понимая, что делаю, я до крови прокусила костяшку своего согнутого указательного пальца, чтобы не закричать от отчаяния, боли, растерянности, ужаса… Эти чёрные глаза когда-то смотрели на меня, узнавали меня, разговаривали со мной без использования пустых слов…
Эти чёрные глаза принадлежали нашей 8001.
Чтобы не видеть глаз, изъятых из хрупких глазниц 8001, я до боли зажмурилась. Когда машина тронулась с места, я даже не боялась того, что она остановится, что моё присутствие всё-таки заметят, что в конце концов меня поймают и разберут на кровавые куски, поместят мои глаза в желтоватое желе, а части тела распихают по портативным морозильным камерам… Я боялась только одного: открыть глаза, чтобы вновь увидеть это – будущее, уготованное мне по факту моего появления на этом свете. В этой банке не 8001 – в этой банке все мы. Все клоны. Я. По очереди. Сначала они, потом я, после другие – бесконечно… Но ведь не всё бесконечно! Всё конечно!..
Не знаю, сколько мы ехали. Кажется, достаточно долго, но вдруг…
Машина резко остановилась, и я распахнула глаза. Чёрные зрачки продолжали сверлить меня предупредительно, будто немо кричали мне: “Беги!”. И я бы побежала, прямо в этот момент. Если бы только не услыша голоса за пределами машины. Один принадлежал Улофу, второй был мужским и не был для меня знакомым…
Дверь кареты скорой помощи открылась на распашку.
Очевидно, моё присутствие не осталось незамеченным. Зря я не вытащила спицу из шеи Сигге Хеллстрёма. Она бы мне сейчас пригодилась…
– И долго ты собираешься протирать штаны на этом КПП?
– Столько, сколько это будет возможно, – прохрипел незнакомый голос в ответ на вопрос водителя. – Ну, что вы на сей раз вывозите?
– Пару сердец, пару печенок, две почки и четыре лёгких… Почти полный набор из двух клонов. Представляешь, скольких людей спасём?
– А ты видел их живыми?
– Кого?
– Кого-кого! Клонов, конечно же.
– Конкретно этих – не знаю, может, и видел. А так да, вижу каждый раз, как приезжаю в этот клятый Миррор.
– И что, сильно они отличаются от нас?
– Да вообще никак не отличаются. Перемешай людей с клонами – не разберешь, кто есть кто.
