– Животные все понимают. И как мы, готовы ждать, сколько нужно. Хотя мы не всегда готовы. Я заметил, что ты сильно нервничал в последнее время, ни с кем не общался. Жил от всех отстраненно.
– Тосковал по солнцу, пока шел дождь, – ответил Каин, – и мяса хотелось, рыбы на худой конец!
– Ну, теперь рыба появилась! Все в твоих руках. На сегодня наловил?
– На сегодня и на завтра. Вся разная! А вот эта, с длинным носом, меня чуть не утащила за собой. Сильная оказалась.
– Не вся сильная рыба оказывается вкусной, – сказал Ной, – будь осторожен.
Они молчали, смотрели на безнадежно залитую водой поверхность. Ждали ворона. Ной смотрел вперед с надеждой. Каин – с усталым безразличием. Солнце уже приблизилось к горизонту и побагровело, а ворон никак не возвращался. Ной даже задремал наверху. Каин спустился к женщинам, чтобы передать им рыбу. Когда он вернулся обратно, увидел, что спящий отец повернулся слишком близко к краю и мог легко соскользнуть в воду, как это накануне чуть не произошло с ним самим. Но его спас Сим. А рядом с Ноем не было никого. Достать его оттуда было бы сложно, да и острозубая рыба могла бы налететь в воде на старого человека. Поэтому было лучше, если все обойдется без происшествий. Каин рванул к старику и, схватив его за руки, подтащил к себе. Теперь Ной был в безопасности. Когда он от этого проснулся, даже не понял, что произошло.
– Разморило меня на солнышке? – спросил Ной.
– Ты чуть не оказался в воде! – сообщил ему Каин.
– Какое счастье, что рядом со мной близкие люди, которые не дадут мне погибнуть, – похвалил его отец.
Тут над их головами раздалось карканье ворона. Птица тяжело дышала. Она прилетела откуда-то сзади. Ее никто не ждал с той стороны. Ворон подлетел к Ною, сел на его грудь и начал бить крыльями по лицу.
– Видел что-нибудь? – спросил старик, – есть у нас надежда?
Ворон несколько раз прокаркал.
– Понятно, – сказал Ной. – Сейчас пойдем обратно.
– Ты понимаешь птичий язык? – удивился Каин.
– И птичий, и животный! Мне недавно это открылось, перед самым потопом. И они меня тоже понимают. А ты-то можешь разобрать, что он говорит?
Каин посмотрел на ворона. Тот закаркал. Это карканье было так похоже на «Каин! Каин!»
– И что они тебе рассказывают? – с опаской спросил Каин.
– Я не могу тебе все открыть, – покачал головой мудрый Ной, – не все, что знаешь, надо произносить вслух. Иногда важнее промолчать, чтобы не потревожить чувств остальных!
Каин понял: Ною что-то известно. И скорее всего про него. Слишком много всего тайного происходило в его жизни. Звери всегда были поблизости, когда он общался с Армилусом. Могли слышать их заговор. Конечно, животные успели об этом рассказать. Многоумный Ной не говорит об этом, чтобы не нарушать покой в ковчеге. Что ж, пусть он живет, как хочет, а Каин будет жить по-своему. Он же не просился сюда. Просто так получилось.
– Почему ты не дал умереть Симу и Ною! – закричал на него Армилус, как только Каин спустился на свой этаж ковчега. – Ты разве не для этого здесь? Ты хочешь, чтобы миром правили дети Сима?
– Чтобы появилось мое потомство, мне не надо никого убивать, – сказал Каин.
– Твое потомство может не появиться, если я так захочу.
– Оно не появится, если я допущу смерть кого-нибудь из этой семьи. Сейчас нас защищает Бог своими ладонями, но если совершится смертоубийство, ковчег с таким грехом Господу будет не нужен. И ты не станешь нам помогать, если Бог решит утопить нас в воде.
– Бог не станет до конца уничтожать свое творение – человека! Он же не уничтожил падших ангелов! Я один из них. И не чувствую на себе никакого внимания Бога!
– Ты сходишь с ума без его внимания. Ты все отдал, чтобы Бог вернул к тебе свою любовь. Твоя душа мучается и изливается желчью, поэтому ты стараешься многое сделать против Него. Теперь ты каждое мгновение доказываешь себе, что ты не ничто, что ты имеешь какое-то значение. Но это не так.
– Убей Сима! Не дай ему спуститься на берег!
– До берега еще далеко. Возможно, это из-за моих грехов, которые я здесь себе позволял. Надо остепенить себя, научиться жить чище.
– Безумный! Ты отказываешься от своих слов и хочешь быть таким же, как они! Ты! Первый человек! Сын Адама! Кому ты хочешь подражать?
– Авелю! – ответил ему Каин.
Армилус выскочил от него и пропал.
Через семь дней Ной подошел к Каину и попросил помочь еще раз забраться на крышу ковчега.
– Сегодня надо отпустить другую птицу. Пусть облетит окрестности. Может, ей откроется какой-то островок, где мы сможем остановиться?
На крыше ковчега он достал белую голубку, которую подбросил в воздух. Голубка поначалу несколько испугалась, вспорхнула вверх, а потом закружила. Она летала вокруг, увеличивая расстояние между собой и ковчегом. Круг за кругом. У Каина даже шея заболела от ее странного полета. Конечно, для голубки это было испытанием – после черной крыши ковчега увидеть прозрачное невесомое небо и ослепляющее солнце.
