Фух, вытер пот со лба, если можно так выразиться. Тяжело, но ничего не поделать. Продолжил медитировать и попытался достичь результата.
Потратив все ментальные силы, удалось чуть смягчить новый дар, слегка усилив каналы Дубровского. Конечно, это пока капля в море, но все же.
В тот момент рядом раздалось «х-х-р фы-ш, х-х-р щ-щ-щ». Не слишком громкие, но раздражающие звуки выдернули меня из транса, разрушив духовную концентрацию.
Кто посмел шуршать у меня над ухом? Резкий выход из медитации может испортить здоровье.
Открыл глаза, мысленно выругавшись на возмутителя спокойствия. Повернул голову и увидел женскую попу. Большая, но не толстая, подтянутая, довольно аппетитная филейная часть находилась прямо возле кровати.
Ее хозяйка согнулась в пикантной позе и что-то делала на полу. Сначала не понял в чем дело. Потом рассмотрел ткань, обтягивающую полушария. В такой форме ходит наша прислуга.
Похоже горничная решила сделать уборку. Ага, не спросив у меня разрешения, так ещё забила на то, что я медитирую. Вломилась в мои покои, как так и надо, да еще принялась показывать… навыки наведения порядка.
Я, конечно, знал, что Сергея ни во что не ставят. Но чтобы до такой степени!
Сначала просто наблюдал за плавно качающимися полушариями. Не знал, то ли наслаждаться картиной, то ли злиться на горничную.
В итоге, окончательно отошёл от транса и громко сказал:
— Кхе-кхе, «любезная госпожа», не скажешь, что ты делаешь в моей комнате?
— Я-то? — ответила девушка, не удосужившись повернуться ко мне «лицевой стороной». — Прибраться зашла, а то потом занята буду.
Угу, логичное объяснение. За которое в другой дворянской семье ей бы всыпали по пятой точке, чтобы лишний раз не выставляла. Но я не стал злиться, решив, на первый раз, ограничиться только словами.
— Может, повернешься ко мне лицом? Или ты привыкла общаться исключительно таким образом? — спросил с легким нажимом, заставив девушку встать в полный рост и, наконец, обернуться.
— Полегче, молодой господин. Вашему отцу не понравится, что вы мне грубите, — сказала таким тоном, будто это я забрался в ее комнату без позволения.
Не понял, кто кому из нас должен прислуживать? Тут все хуже, чем я ожидал.
Кстати, дамочка очень эффектная. Вид спереди не уступает заднему виду. Внушительный бюст притягивает взор, красивые карие глаза обжигают взглядом. Правильные черты лица и роскошные волосы не дают собраться с мыслями.
Не горничная, а княжна. Но почему она себя так ведет?
Сдерживаю эмоции, напрягая память Сергея. Небольшая вспышка в мозгу, и все становится на места.
Эту даму зовут Глафира. Она любит низко наклоняться во время уборки. Особенно, когда приводит в порядок кабинет патриарха. Обычно это происходит в обеденные часы, когда Дубровскому старшему максимально хочется… чистоты.
Выбрал себе фаворитку из прислуги, бывает. Не мне судить отца парня. Все же он вдовец, и еще не особенно стар.
Но какого черта так распустил свою пассию? Может, она мне еще плетей всыплет?
Хотя такая красотка с плёткой будет выглядеть неоднозначно. Фантазии молодого тела, я быстро от них избавляюсь и продолжаю наш разговор.
— То есть ты пожалуешься отцу, и он меня накажет, — мычу под нос, будто говорю сам с собой.
— Я этого не сказала, молодой господин, — ворчит Глафира голосом победительницы.
— Ну да, конечно. А знаешь, что, дорогая? — внезапно выбиваю ее вопросом из колеи.
Дамочка фыркает и ведёт бровью, как бы спрашивая: «Ну что еще???».
— Отец часто покидает усадьбу, не так ли? — продолжаю свою мысль. — Угадай, кто остается за старшего? Можешь не отвечать. Я — как главный наследник рода. Вероятно, патриарх будет расстроен, когда узнает, что тебя уволили, наказали либо куда-то сослали в его отсутствие. Он может даже разгневаться. Но это будет потом.
Я выдержал напряженную паузу. Затем коротко закончил, сказав:
— Надеюсь, ты поняла. И мне не придется давать лишние пояснения.
— Не слишком почтенно с вашей стороны, молодой господин, — пробубнила Глафира, меняясь в лице.
В ее глазах читалась обида и страх, который девица тщетно пыталась скрывать. Кажется, до служанки дошло, где ее место и кем именно для нее является «бессилок Сергей».
— Я спрашиваю, ты меня поняла или нет? — спросил стальным голосом, но при этом улыбнулся, давая понять, что у Глафиры есть еще шанс все исправить.
— Да… все понятно, — тихо ответила служанка.
— Не слышу! — повысил голос.
— Да, господин. Простите, мне надо идти, — покорно сказала горничная, на сей раз без своих прежних ужимок.
— Вот, теперь хорошо. Иди, разумеется. И да, не забудь в следующий раз постучаться, — ответил, смягчив тон, но все еще сохранив в голосе стальные нотки.
Проследил, как Глафира покинула комнату, обиженно виляя бёдрами. Не знаю, можно ли делать это с обидой. Но у нее получилось.
Еще дуться будет неделю, будто я перед ней виноват. Совсем распустились.
Впрочем, моя задача, не строить слуг, а развивать новое тело. Для начала, надо понять его начальные способности. Пойду потренируюсь на спортивной площадке в саду. На улице как раз вечер, прохладно. Самое время для тренировок.