Я не терял время даром. Пока лежал на полу, незаметно доставал зубочистку, припасенную для экстренных случаев. Нет, я не хотел почистить промежутки между зубами от остатков завтрака.
При мне была упаковка зубочисток, концы которых пропитаны ядом той желтой кобры.
А что. Не носить же с собой яд в бутылке. Отравленные стрелы, копья, кинжалы: тоже не вариант. А вот безобидные с виду острые палочки — самое то.
Никто не станет проверять зубочистки. Они максимально не похожи на оружие.
Их можно брать с собой куда угодно, носить незаметно. А в случае применения никто не поймет, что случилось. Я ни разу не слышал, чтобы полиция обнаружила тело человека с «ранением зубочисткой».
Так вот, подонок многозначительно хмыкает и ворчит что-то себе под нос. Видимо, не может до конца понять, как подействовал артефакт. Наклоняется ближе. Фу, дышит на ухо, сволочь. Это уже перебор.
Я быстро изворачиваюсь, делаю легкое движение рукой и вкалываю острую деревянную палочку в жирную шею ублюдка. Действую максимально аккуратно, чтобы не навредить себе.
— А! Что за черт? — восклицает Максим Петрович, отпрянув от меня и трогая шею.
— Ты! Ты не мог выжить… Я же тебя… Невозможно, — вырывается из его перекошенного рта. Мужчина падает на пятую точку и ползет назад. Странно, вроде яд еще не подействовал, а он уже не в себе.
Сейчас разберусь, что к чему.
Я медленно поднимаюсь на ноги, криво улыбаюсь, беру сумку и надвигаюсь на лысого гада. Тот тянет руку, чтобы вытащить зубочистку, которая вошла достаточно глубоко. Яд начинает потихоньку действовать. Рука Максима слабеет, на лбу выступает пот, а глаза делаются стеклянными.
Жду, пока заговорщик испытает весь спектр ощущений от яда. Потом приседаю на корточки и начинаю общение по душам. Посмотрим, что скажет отцовский приказчик, и какие тайны раскроет.
Судя по выражению лица, Максим Петрович чувствует себя не особо. Корчится, стонет, заламывает руки. Но все же, пытается встать. Видимо не до конца понимает, что именно с ним случилось.
— Не двигайся! — со сталью в голосе говорю я, охлаждая пыл предателя. — Я вколол тебе яд желтой иномирной кобры. Зубочистку доставать бессмысленно, это уже не поможет. Ты умрешь мучительной смертью через пару минут.
Эта новость не нравится предателю. Он явно осознает, что это не шутки.
— Что??? Нет… Ааа господин… Вы не понимаете о-о-о, — мычит приказчик, глядя на меня воспаленными глазами и, наверняка, пытаясь разжалобить.
— Я мог бы популярно объяснить, что нападать со спины некрасиво. Но времени слишком мало, — многозначительно произнес я, рассматривая эту падаль. — Так что просто скажи, кто тебя подослал?
— А-а-а-а больно… Я не могу… Все горит, — выдавливает из себя выродок.
— Скажешь правду, вколю противоядие, — сухо бросаю ему, решив дать небольшой «пряник».
Приказчик корчился на каменном полу ещё пару секунд. Потом, с трудом открывая рот, мямлит, что это было решение совета рода. Мол, я не должен был никуда ехать. Это слишком опасно для репутации патриарха.
Надо было тихо и безболезненно меня устранить.
— Вы не понимаете, господин. Если бы не я, они бы послали другого, — обливаясь слюной прохрипел ублюдок и закатил глаза.
Что ж, это радует. То меня хотели скормить монстрам средь бела дня. Теперь безболезненное умерщвление магическим током. Уже прогресс. Что это, как не признак любви?
Я задал лысому предателю еще пару вопросов. Ответы были банальными, ничего нового. Род Сергея Дубровского — сборище тех ещё тварей. Кроме разве что Арсения Сергеевича, который направил меня к той вдове.
Мне нужно было поставить точку в отношениях с этим родом. Благодаря выродку, который сейчас пускает кровавые слюни, это вполне удалось.
Осталось все же найти выход на нужную платформу и сесть в поезд, начав жизнь с чистого листа. Как бы пафосно не звучало.
— Умм господин! Умоляю… Пожалуйста… Клянусь, я сказал чистую правду. Я не виновен, меня заставили ах кхе-кхе, — напоследок прохрипел приказчик. А его лицо покрылось красными пятнами.
— Что? Да, спасибо за информацию, я на тебя не в обиде, — простецки сказал я и махнул рукой.
— Но господин! Против… Противо… Против кха-кха…
— Точно, противоядие. Совсем вылетело из головы, спасибо что напомнил, — спохватился я.
Ловко достал зубочистку, приколотую под одеждой. Склонился над толстяком и вколол ее в жирную шею.
— Ну вот, так-то лучше! — похлопал рука об руку, отходя назад.
Ублюдок издал громкий короткий крик, широко открыл рот, напрягся всем телом и умер.
Ещё бы, я вколол ему вторую дозу отравы вместо противоядия. Не давать же шанс отцовскому подхалиму, который хотел меня подло убить?
Выходит, я его обманул. Но я не давал клятву Чести подлецам и убийцам.
В туннеле послышались шаги. Я быстро взял сумку и направился к выходу. Вскоре наткнулся на служащих вокзала, которые сказали, что слышали крики.
— Там мужчина, ему, кажется, плохо стало. Я как раз хотел вас позвать, — взволнованно бросил в ответ. — И да, скажите, как пройти на вторую платформу? А то не хочется догонять скорый поезд пешком.