«Приеду без звонка, — решил Потапов. — Приеду, и все! Полгода не видел любимую женщину. Это как?..» Он не докончил мысль. По радио стали передавать старинные русские романсы, и Потапов слушал их, пока не кончился обед.
Придя к себе в отдел, Потапов поглядел на часы. Было пятнадцать минут третьего. Он снял трубку и позвонил в министерство.
— Алло, Сергачев, — сказал Потапов. — Это Потапов говорит. Вызови меня, Леня, на пару часов.
— Старик, кончать с этим делом надо! — недовольно сказал Сергачев. — Поймают нас когда-нибудь с этими вызовами, всыплют по первое число.
— Последний раз, Леня, честное слово, — сказал Потапов. — Друг у меня умер. Хоронить поеду.
— Это правда?
— Стану я врать, — вздохнул Потапов.
— Ладно, — сказал Сергачев. — Машину, что ли, тебе дать?
— Да, — обрадовался Потапов. — Я быстро обернусь. Отдам последний долг, и все…
Через двадцать минут в комнату, где сидел Потапов, вошел начальник отдела.
— Потапов, — сказал он, — звонили из министерства, просили тебя срочно приехать.
— Да что они там? — зло спросил Потапов. — Без конца вызывают.
— Наверное, вопросы по твоей докладной. — сказал начальник.
— Вечно у них вопросы, — огрызнулся Потапов. — Надоело! У меня здесь завал работы. Вот не поеду, и все!
— Ну-ну, разговорчики! — строго сказал начальник. — Оставь все дела и дуй!
Министерская машина ждала Потапова у подъезда. Потапов сел на переднее сиденье, закурил, угостил сигаретой водителя.
— На кладбище поедем? — спросил водитель.
— Да, — вздохнул Потапов. — Но сначала в Химки, в двадцать первую школу…
Ему повезло. Он застал завуча, но во время перемены. Перемена заканчивалась, и завуч торопилась в класс.
— Здравствуйте, — сказал Потапов. — Я Потапов. По поводу сына вызывали.
— Вера Михайловна, — представилась завуч.
— Очень приятно, — улыбнулся Потапов. — Мою маму тоже звали Верой Михайловной. Прелестное имя…
— Спасибо, — сказала завуч и почему-то покраснела.
— Я неудачно приехал? — спросил Потапов. — Вы торопитесь?
— Да. — кивнула головой Вера Михайловна. — Меня ребята ждут… Вы не могли бы приехать сегодня часиков в семь?
— Никак, милая, — вздохнул Потапов. — Срочная командировка на Таймыр. Вы в двух словах…
— В двух словах нельзя, — сказала Вера Михайловна. — Мальчик плохо учится, дерзит, врет на каждом шагу…
— Убью! — решительно сказал Потапов.
— Нет, зачем же так? — завуч снова покраснела. — Просто надо нам с вами серьезно поговорить…
— Хорошо! — перебил Потапов. — Через два месяца вернусь с Таймыра, приеду к вам. А пока, милая Вера Михайловна, возьмите моего оболтуса под персональный контроль. Договорились? У вас какой размер ноги?
— Зачем это? — завуч снова покраснела. Она была очень молодым завучем и краснела каждую минуту.
— Унты вам хочу привезти, — сказал Потапов. — Ун-тайки меховые!
— Да что вы! — завуч просто залилась румянцем.
— Нет-нет, не спорьте! — строго сказал Потапов. — Решено! А сейчас не буду больше вас задерживать. Дети ждут!
Он поцеловал ей руку и выбежал из школы.
Потом они долго ехали к Востряковскому кладбищу, потом Потапов долго бродил мимо заснеженных могил, отыскивая место похорон. Наконец он увидел небольшую группу людей и, узнав доцента из своего института, сразу сообразил, что умер кто-то из его студенческих друзей, но кто именно, так и не понял, потому что гроб уже закрыли крышкой и опустили в мерзлую землю. Потапов помнил, что в их группе было несколько Александров, но сейчас все они, как назло, отсутствовали, поэтому сообразить, кто из них лежит ТАМ, было невозможно, а спрашивать — неудобно.
Потапов снял шапку, обошел всех собравшихся, пожимая им руки и печально говоря: «Эх, Сашка, Сашка! Как же это так, братцы?»
Потом он неожиданно для себя почувствовал, что плачет. От этого у Потапова сделалось очень скверно на душе, он вытер ладонью глаза, закурил и молча пошел к машине…
Когда он вернулся в свое учреждение, часы показывали ровно четыре. У директора начиналось совещание. По дороге туда Потапов заглянул в свой отдел, вынул из стола карманные шахматы, затем тихо прошел в конференц-зал и сел на последний ряд. К нему моментально подсел Михайлов.
Партия намечалась быть интересной. В дебюте Потапов допустил ошибку и потерял две пешки, но в миттельшпиле он активизировался и выиграл у Михайлова слона.
— Сдавайся, отец! — уверенно сказал Потапов.
— Ни в коем случае! — ответил Михайлов. — У меня есть шанс!
— Ну что же, товарищи, — директор стал подводить итог совещанию, — если ни у кого нет вопросов, можно заканчивать?
Потапов посмотрел на доску. Михайлов сделал авантюрный ход ладьей. Потапов ответил ходом ферзя. Эндшпиль обещал быть бурным.
— У меня есть вопрос! — громко сказал Потапов и встал. — Как дирекция думает решить вопрос с реализацией отходов при выпуске продукции в условиях новой стандартизации?
— Вопрос поставлен очень интересно, — сказал директор. — Мне кажется, что вопрос с использованием отходов…
— Ходи, — тихо сказал Потапов, садясь. — У нас есть еще полчаса.
