«Моя идея», — сказала она, переворачивая лист внутренней стороной и показывая Дэйви рисунок, который он не сразу смог разглядеть и понять. А когда понял, очень удивился, почему подобная идея не пришла в голову ему. Пэдди нарисовала обложку для академического издания «Ночного путешествия». Каждый из ста тысяч американских фанатов Хьюго Драйвера просто обязан был купить экземпляр такой книги. Плюс филологи, чтобы отслеживать перипетии творческой мысли автора и обсуждать смысл и значение изменений в тексте. Словом, это была замечательная идея.
— Была, к сожалению, одна проблема, — продолжал Дэйви. — Чтобы правильно разрешить ее, нам нужен был оригинал рукописи.
— Что за проблема? — спросила Нора.
Проблема, по словам Пэдди, состояла в том, что рукопись, похоже, исчезла. Хьюго Драйвер умер в пятидесятом году, его жена — в пятьдесят втором, а их единственный ребенок — ныне вышедший на пенсию школьный учитель английского — сказал в интервью по поводу двадцатилетия первого издания книги, что никогда не видел рукописей романов отца. Насколько ему было известно, рукописи никогда не возвращались из издательства «Ченсел-Хаус».
Дэйви обещал попытаться выяснить, что случилось с рукописью. Может быть, Линкольн Ченсел положил ее в банковский сейф. Да не могли они потерять ее, ведь это была, черт возьми, рукопись первой книги Хьюго Драйвера!
«Все это очень нехорошо в свете последних слухов», — сказала Пэдди.
«Каких слухов?»
«Говорят, эту книгу написал не Хьюго Драйвер».
Где она слышала такую ерунду? Она ведь понимает, что это ерунда, не так ли? Так бывает всегда, когда появляется великое произведение. Разные бездарности всегда изобретают что-нибудь, порочащее гениального автора. Но «Ночное путешествие» — настолько замечательная книга, что у них ничего не получится. Так было и будет, не унимался Дэйви. Кто-то же пытался ведь доказать, что Зельда Фицджеральд была настоящим автором «Ночь нежна»?
«Зельда и была настоящим автором „Ночь нежна“, — сказала Пэдди, но тут же добавила: — Прости, я пошутила».
Дэйви спросил, неужели она действительно верит в подобную чушь.
«Нет, конечно, не верю, — сказала Пэдди. — Я согласна с тобой. Надо выпустить марки с портретом Хьюго Драйвера. Он заслуживает того, чтобы его профиль чеканили на монетах. Одна из причин, почему мне так нравится этот клуб, — то, что он очень в духе Хьюго Драйвера, не правда ли?»
«Пожалуй», — кивнул Дэйви.
Не хочет ли он осмотреть остальные помещения клуба?
— Я давно ждала, когда ты подойдешь к этой части рассказа, — вставила Нора.
Пэдди не повела Дэйви в сумрак коридора, убегавшего от первой площадки изгибающейся лестницы, — они поднялись еще на один пролет. Со второй площадки лестница вверх была более узкая, но Пэдди свернула в коридор, такой же темный, как этажом ниже. Дэйви чувствовал себя так, словно идет за Пэдди по ночному лесу.
Потом Пэдди вдруг исчезла, и Дэйви понял, что она скользнула в открытую дверь. Шторы в комнате были опущены, и темнота здесь была гуще, чем в коридоре. Они разделись, и Пэдди подвела его к футону [4]. Дэйви вытянулся рядом с ней, все тело его было раскалено, как только что вынутый из печи кирпич; тело Пэдди было холодным, как камень, поднятый со дна реки. Он крепко прижал Пэдди к себе, и ее холодные руки скользили вверх-вниз по его спине. Достигнув оргазма, Дэйви вскрикнул от наслаждения. Некоторое время они лежали молча, потом о чем-то поговорили, а когда поняли, что больше не видят и не слышат друг друга, Дэйви уснул.
Проснулся он через час, голодный, с легким головокружением, не совсем понимая, где находится. Потом припомнил, что лежит на полу где-то в Ист-Виллидже. Неожиданно мозг пронзила постыдная мысль, что Пэдди стащила у него деньги. Он сел, и рука его коснулась плеча девушки. Опустив глаза, он различил на подушке контур ее головы. Подушка? Но он не помнил никакой подушки. Их обоих покрывала простыня.
«Есть хочется...» — сказал Дэйви.
«Я позабочусь об этом. А ты не хочешь заняться сначала кое-чем другим?»
Вытянувшись рядом с Пэдди, Дэйви вновь ощутил речной холод ее тела и огонь своего. Дэйви растворился в затопившем его чувстве.
Невообразимо позже они лежали друг подле друга, глядя в потолок. Дэйви снова забыл, где он. Легкий высокий звон стоял в ушах. Лежащая рядом женщина казалась совершенством. Пэдди перекатилась на бок, взяла какое-то устройство, напоминавшее микрофон старинного телефона, и заказала устриц, черной икры и чего-то еще — он не разобрал, — кажется, довольно много вина.
Вскоре в комнату вошли две молодые женщины с круглыми подносами. Опустившись на колени, они расставили вокруг футона несколько накрытых крышками блюд. Рядом с левым плечом Дэйви появились две откупоренные бутылки и четыре бокала. Женщины улыбнулись Пэдди, раскинувшейся поверх простыни, но даже не взглянули на Дэйви. Разгрузив подносы, они поднялись и направились к двери; одна из них спросила:
«Включить?»
«Включить», — сказала Пэдди, и комнату залил мягкий розоватый свет, а улыбающиеся женщины, пятясь, вышли.