Мальчика пытались украсть, ему присылали письма, якобы от родственников, подбрасывали сладости с приветом от итлийской родни, но охрана, приставленная Короной, не дремала, и вскоре попытки прекратились.
Грегори действительно пришлось уделить время обнаружению «паутины» графини Кастильони, но глава «Клуба Джентльменов» не собирался ради прежнего азарта погони оставлять молодую жену, и делегировал полномочия, как умел.
Их семейная жизнь выглядела несколько необычной, но лорд и леди Лайвернес никому не позволяли в нее вмешиваться. Только свекровь и невестки иногда врывались в тихий особняк, чтобы вывезти Аманду на очередной музыкальный вечер или в гости к родственникам. Миссис Дженкинсон немедля отправляла Грегу записку с точными координатами, и «Брегет» завершив очередное дело в клубе, спешил на помощь супруге, увозя ее после второго танца.
Тайлер наконец смог исполнить свою мечту – сдать экзамены на вольнослушателя в архитектурный класс Бриванской Академии Искусства. Он уверял, что таким образом сумеет получить необходимые знания, и не оставит Грега и Мэнди без поддержки.
Аллиаль встретился с родителями. Навестил заросший плющом замок Аэд. Прошелся по галерее предков. Сам подвел взволнованную Агну Мак Кон к алтарю, и передал ее руку в руку Риана Аэда. Немолодая уже пара подтвердила свои клятвы в храме, чем поразила всех многочисленных родственников. Погостив в замке около месяца, Ал вернулся в Бриванию. Для него в Ирлингии пока не было места. Грегори с радостью встретил друга, и сообщил, что будет рад принять лэрда Аэда у себя дома, но и комнаты в клубе свободны.
— Аманда запретил их трогать, — усмехнулся лорд, — сказала, что у тебя должно быть свое убежище в этом городе.
— Преклоняюсь перед мудростью леди Лайвернес, — мягко улыбнулся в ответ Алллиаль, — ты понимаешь, друг, как тебе повезло с женой?
— Понимаю, — серьезно отозвался лорд Лайвернес, — а теперь поспешим, Кентавр нас ждет и очень нервничает.
— Кэндис скоро рожать?
— Да, уже вот-вот!
Следом за летом пришла осень.
Лорд Толбот отправился в Школу Ритон, Тай начал посещать лекции, Кэндис родила сына, и гордый Кентавр не отходил от жены и ребенка, удивляясь, как его крошка—жена смогла родить такого здоровяка – весом почти двенадцать фунтов!
Мэнди выбирала по каталогу серебряную погремушку для малыша, когда ее саму скрутило непонятным спазмом, в глазах потемнело, и она сползла по дивану, цепляясь за ворох разноцветных журналов. Испуганная миссис Дженкинсон вызвала доктора и через час лорд Лайвернес узнал, что следующей весной станет отцом. От счастья у обоих выступили на глазах слезы.
Через месяц, когда малыш Кентавра и Кэндис окреп, члены «Клуба Джентльменов» собрались на церемонию имянаречения в том самом храме, где чета Килкени заключала брачный союз. Звучал орган, свечи благоухали ароматами меда и летнего луга. Шустрый «Кентавр-младший» дрыгал руками и ногами, когда храмовник помазывал его маслом, нарекая «Джеймсом Грегом Киклени» .
Аллиаль принял младенца из рук матери, как его духовный отец. Аманда тут же накинула на малыша пеленку, бережно и быстро исполняя долг духовной матери. Все же в храме осенью гуляли сквозняки. Оба умиленно улыбнулись чете Килкени и передали Джеймса матери.
— А теперь, празднуем! – не выдержал Кентавр, обнимая жену и сына.
— Шампанского! — — Грег обнял Мэнди и кивнул ожидающему официанту, и тот снял белую салфетку с сервировочного столика.
Шипучее вино, закуски, Аманда улыбнулась, припоминая их настоящую первую брачную ночь. Тогда тоже было шампанское, и крохотные канапе, и свежие ягоды, и сливки, и карамельный сахар. Миссис Дженкинсон проследила, чтобы комната сохранила свой удивительный праздничный вид, а еще увела юного Толбота в гостевую комнату, пообещав ужин и книгу.
Они вошли в супружескую спальню вдвоем, как и хотели. Заперли дверь на ключ, и долго стояли, обнявшись, соприкасаясь лбами, слушая дыхание друг друга, впитывая тепло не тел, но душ. Потом Грег едва дыша вынул шпильки из прически Мэнди, и замер, глядя, как блестящие каштановые пряди падают на плечи.
— Ты прекрасна! – сказал он, кончиками пальцев касаясь ее щеки.
В ответ Аманда просто прижалась щекой к его руке, как котенок, выпрашивающий ласку. Тогда Грегори не удержался – поймал ее губы своими и медленно, нежно длил поцелуй, пока в груди не закончился воздух.
Они бы, наверное, долго стояли у двери, медленно целуясь, открываясь друг другу в каждом движении, но неловко переступив, Мэнди зацепилась за край ковра и чуть не улетела на пол. Поймав жену в объятия, лорд Лайвернес решил не рисковать и просто унес «добычу» на кровать. Поцелуи, объятия, все чинно, медленно и плавно.
