Кожа словно ощущала его магнитное поле и волоски вставали дыбом и мурашки разливались по телу, делая каждое прикосновение к его груди пыткой…
Самой сладкой невыносимой пыткой, которая выжигала в сердце пустоту.
И я в сотый раз кляла себя, но было поздно.
Нам нельзя.
Хотя, к черту!
Смяла его свитер пальцами и притянула к себе такие сладкие губы, стремясь выпить его дыхание до дна. И ощутила, как сильное тело напряглось. Натянулось как струна, и Макс впервые растерялся.
Не ожидал, что позволю себе большего. Что выйду за рамки дозволенного. Что так нахально прижмусь к его груди и сомну поджатые губы.
Он замер лишь на долю секунды, а потом рванул меня на себя, сжимая в объятиях так сильно, что стало больно дышать. Легкие сдавило, и я так и не смогла втянуть в них раскаленный кислород. Зато охотно отдалась на милость родным рукам, которые стянули мои нервы жгутом и заставили их накалиться от жуткого всепоглощающего желания принадлежать ему одному.
— Макс…
Настойчивые губы смяли мои и заставили задохнуться от желания. Язык толкнул мой, и я застонала, ощутив соленые капли, катящиеся по щекам.
— Малышка… — Макс слизнул с моей щеки слезу и заглянул в глаза, продолжая как одержимый стискивать меня в объятиях. — Никому. Поняла меня. Никому тебя не отдам. Ты моя. И я больше не буду спрашивать твоего разрешения.
Поднялся с кресла, продолжая держать меня так крепко, что казалось, я стала частью его тела.
— Сейчас мы уедем отсюда. И ты больше никогда не будешь танцевать для других. Только для меня. Поняла?
Кивнула, стискивая его плечи руками и плотнее обвивая его талию ногами.
— Юля…
Толкнул дверь помещения для персонала и внес меня туда по хозяйски поддерживая под ягодицы.
— Давно хотел это сделать.
Вошел в гримерку и, убедившись, что мы одни, усадил на столик и лихорадочно расстегнув ширинку и сдвинув черные мини-шортики, вставил в меня свой член, срывая с губ стон блаженства.
Ощутила приятную наполненность и теснее прижалась к его торсу, чувствуя, как он буквально разрывает меня, грубо вдалбливаясь внутрь. Но больно не было. Было оргазмически приятно и крышеносно, и очень скоро я ощутила приближение разрядки, которую не получала с того самого дня, когда Макс трахал меня в последний раз.
Задрожала и взглянула в любимые глаза подернутые дымкой желания.
— Ты моя.
Захлебнулась его дыханием и осознанием, что все, что мне было необходимо, теперь у меня в руках, и выгнулась, отдаваясь во власть экстаза, поглотившего каждую клеточку тела…
Твоя.
А ты мой.
И уже привычным жестом удержала его бедра на пике кайфа и не дала покинуть меня. Не дала отстраниться.
Но он и не спешил. Удерживая взгляд толкнулся во мне в последний раз, и я ощутила как член запульсировал внутри, и дыхание перехватило у обоих.
И дрожь прошла по венам, и я коснулась его губ, и замерла.
Мой.
— Моя.
Да.
— Никому тебя не отдам.
И я тебя.
— Не отдам…
Шум мотора всегда любил, но в этот раз он пиздец раздражал. Ехали домой из кино, Юля молча сидела со мной рядом и отвернувшись разглядывала ночной город.
Да в чем дело-то блядь?
В последнее время как на иголках. Она молчит и задумчиво смотрит в окно, а я весь извожусь как долбоеб не понимаю в чем причина ее холодности. Звал ее в ресторан вчера но она отказалась, и это совсем выбило меня из колеи, че за хуета? За год отношений Юля никогда не отказывалась от свидания, а теперь как-то остыла что ли…
Чудо, что согласилась пойти в кино, хотя ее любимый фильм вышел, премьера, и когда я предложил, она согласилась. Но даже весь фильм я видел как она напряжена и меня это выводило из себя.
Выворачиваю руль и торможу и подъезда к городскому парку. От крутости маневра, Юлю слегка подбрасывает на сиденье и она впивается в меня округлившимися от неожиданности глазами и выдает.
— Макс, ты чего?
Хлопаю водительской дверцей и обхожу машину, и распахиваю Юлину дверь кивая в сторону парка.
— Пошли, пройдемся.
Она настороженно на меня смотрит, но молча выходит и мы идем к калитке, за которой кромешная тьма и пустота. В будний день народу тут нет да и два часа ночи не лучшее время для прогулок, но я машинально беру Юлю за руку и мы шагаем по дорожкам, виляющим между деревьями.
Она продолжает молчать, а я уже на взводе, и понимаю, надо что-то решать, но это пиздец как сложно, ведь я даже не знаю что с ней не так и почему она молчит. Надо что-то сказать, но эта дистанция между нами так вымораживает, что я срываюсь.
— Ладно, нам надо…
— Макс я…
Замолкаем, осознав, что оба начали одновременно. Напряженно смотрю на Юлю, а она на меня и молчим как два долбоебских истукана. Ночное небо над нашими головами ясное, но звезд не видно, и я ловлю себя на мысли, что хотелось бы чтобы они были. Так романтичнее. Блядь что со мной происходит?
— Говори, — чеканю твердо, но Юля лишь упрямо поджала губы.
— Пожалуйста, давай сначала ты?
Её робкий голос звучит умоляюще, а я уже давно понял что не могу устоять когда она на меня вот так смотрит и шепчет глухо.
— Пожалуйста, Макс.
