— Это очень удобно, — сказал сидящий на раскладушке мужчина в синих шортах, майке и кепке, — что именно в это время роботы убирают. Сейчас самое ленивое время суток. Жара и лень сцепились под солнцем, и можно наблюдать за их поединком, слушая молчаливую пустоту.
Мужчина посмотрел вдоль пляжа, где бродили несколько роботов, затем на Семена.
— Кстати, меня зовут Эдуард.
— Меня Семен.
— Приятно познакомиться. А вы знаете, что роботов придумали более восьми лет назад, но до сих пор они обходятся очень дорого? — спросил Эдуард. Он глядел в пустоту, лениво качая головой. Семен уделил ему несколько секунд, отпил зеленого напитка и продолжил глядеть на роботов.
— Они полностью напоминают человека. — продолжил Эдуард, — внешностью, голосом, повадками. Все это только набивает им цену. Спросите меня, как этому курорту удается владеть столь огромным количеством роботов, и я не смогу ответить. Просто удивительно.
— Я думаю, деньги тут водятся немалые, — ответил Семен.
— Но согласитесь, — продолжил Эдуард, — ведь роботы имеют свой ресурс. За ними необходим присмотр, замена деталей, починка и так далее. Все это деньги.
— Для фирмы это копейки, — сказал Семен и отпил жидкости.
— А их питательная смесь? — спросил мужчина, кивнув на спины роботов. — она ведь тоже нуждается в пополнении.
Семен глядел на прозрачные прямоугольные цилиндры за спинами роботов, присматриваясь к тому, как жидкость в них качается, когда робот приседает или наклоняется. Внешне робота нельзя было отличить от человека, лишь лица иногда были скрыты под масками или изуродованы различными изгибами и выпуклостями, только отдаленно напоминавшими человеческие черты. Все роботы были снабжены кожей, как у люден, жидкость за спинами подпитывала их тело, вместо аккумуляторных батарей. Тонкие трубки вели от цилиндра с жидкостью к телу. Роботы были голые, если не считать объемистых шортов, напоминавших вздутые губки. Шорты скрывали то место, где были половые признаки, но роботы делились на мужских и женских. Было принято, что девушкам легче было, когда их обслуживали «женщины» роботы. Женские черты лица и грудь, прикрытая купальником, вот и все отличия, что выделяли их из толпы «мужчин».
— А когда их только вводили в эксплуатацию. — говорил Эдуард, — появлялись проблемы с настырными парнями, жаждущими проверить, что у самок между ног. И я поддерживаю то, что им установили несъемные шорты, которые меняет обслуживающий персонал.
— Извращенцев ничего не остановит. — сказал Семен, отложив пустой бокал. Он удобно улегся, закинул руки за голову и наблюдал. как шатаются пальмовые листья, кажущиеся ресничками на голубом небесном лице.
— Именно поэтому и придумали время роботов, — сказал Эдуард, продолжая глядеть на то, как работали сошедшие с грузовика никогда не возмущающиеся работники.
Вскоре домики были очищены, пляж убран. Роботы вошли обратно в грузовой автомобиль. Их пересчитали, после чего сотрудники уехали, оставляя на песке следы протекторов колес.
— Кстати, — сказал Эдуард, — как вы сами смотрите на то, что ваш дом будет обслуживать робот?
— Никак. Мне все равно.
— А ваша супруга?
— Я не женат, — сказал Семен, продолжая глядеть в небо, где лениво шатались пестрые листья пальм.
— И надолго вы к нам? — спросил Эдуард.
— На несколько недель. У меня отпуск. Я долго экономил, чтоб попасть на этот остров.
— Да, — протяжно сказал Эдуард, — я и сам многим пожертвовал, чтоб сюда попасть. Хоть раз в жизни нужно побывать на курорте Дульчамор. Вы знаете перевод этого слова?
— Нет.
— Это означает «сладкая любовь». Возможно перевод не достоверный, но название оставили.
— Мне все равно, — сказал Семен и поднялся с гамака. Он потянулся и зевнул. Время роботов кончилось, он хотел пойти отдохнуть к себе в домик, где его бы никто не трогал.
— До встречи, — крикнул ему Эдуард. Семен лишь поднял руку и ушел, волоча ноги по теплому песку.
Семен проснулся вечером, когда курорт разгорался. Пляжи включали прожектора и музыку. Все желающие искупаться, потанцевать или выпить, присоединялись к вечерней дискотеке, длившейся до самого утра. Семен раздвинул штору из бусин, глядя в конец острова, где мерцал свет и виднелись танцующие фигуры.
— Не спится? — услышал он женский голос. Возле входа на плетеном кресле сидела девушка в белом развевающемся платье.
— Я только проснулся. — сказал Семен. — устал за эти дни. Еще и эта жара.
— Не хотите искупаться? — спросила девушка. — я наблюдала за вами несколько дней. Вы постоянно один. Тут нельзя быть одному, мы ведь на отдыхе. Дульчамор. Сладкая любовь. О чем вам говорят эти слова?
— О прекрасном вечере и столь же прекрасной незнакомке, — сказал Семен и вышел на площадку перед домиком. Девушка встала и подошла к нему ближе.
— Вы можете решить, что я слишком тороплюсь, — сказала она, — но я тоже одинока. А на курорте любви нельзя быть одинокими.
— Но я…
