– Похоже, здесь ее и убили, на кровати, – предположила Джейн. – Поэтому забрызгало только одну стену, остальная же кровь на матрасе. Затем ее повалили на пол, наверно потому, что убийце нужна была твердая поверхность, чтобы закончить резню... – Джейн вздохнула и отвернулась, словно дошла до предела и уже не могла глядеть на тело жертвы.
– Значит, говоришь, первая патрульная машина прибыла через десять минут после того, как позвонили девять-один-один, – сказала Маура.
– Точно.
– Да, но на все это – на ампутации и отсечение головы – ушло бы не десять минут, а куда больше.
– Понятное дело. И звонила, по-моему, не жертва.
Услышав за спиной шаги, они обе обернулись и увидели Барри Фроста: он стоял в дверях, не решаясь войти в спальню.
– Криминалисты пожаловали.
– Пусть заходят, – сказала Джейн и, помолчав, прибавила: – Неважнецки выглядишь.
– А по-моему, я держусь молодцом. Особенно учитывая ситуацию.
– Как там Кассовиц? Оклемалась? Нам тут нужна помощь.
Фрост покачал головой.
– Все еще сидит в машине. По-моему, больше она не выдержит. Пойду лучше схожу за криминалистами.
– Скажи ей бога ради, чтобы училась сдерживаться! – крикнула ему вдогонку Джейн. – Терпеть не могу, когда женщины ведут себя подобным образом. Это портит всем нам репутацию.
Маура снова посмотрела на пол, где лежало туловище жертвы.
– А вы нашли?..
– Все остальное? – уточнила Джейн. – Ах да, левую кисть ты уже видела. А правая – в ванне. Думаю, пора тебе заглянуть на кухню.
– А там что?
– Еще сюрпризы.
Джейн прошла через спальню в коридор.
Маура было двинулась следом и тут вдруг увидела себя в зеркале. Собственное отражение глядело на нее уставшими глазами из-под слипшихся от растаявшего снега темных волос. Она так и застыла на месте – но не оттого, что увидела свое лицо.
– Джейн, – прошептала она. – Ты только взгляни!
– На что?
– На зеркало. Знаки... – Маура оглянулась и посмотрела на надпись на стене. – Видишь? Обратное изображение! Это не знаки, а буквы, и прочесть их можно с помощью зеркала.
– Это что, какое-то слово?
– Да. Здесь написано – Peccavi.
Джейн покачала головой.
– Даже если изображение перевернуть, мне это все равно ни о чем не говорит.
– Это же латынь, Джейн.
– И что означает?
–
Женщины какое-то время молча смотрели друг на друга. Потом Джейн вдруг усмехнулась.
– Надо же, ну прямо чистосердечное признание! Думаешь, достаточно пропеть пару раз "Аве Мария!" и снова станешь белым и пушистым, после такого-то прегрешения?
– Может, это относится не к убийце. Может, к жертве. – Маура посмотрела на Джейн. – Я согрешила.
– Наказание? – предположила Джейн. – Месть?
– Мотив вполне возможный. Она натворила что-то такое, что взбесило убийцу. Согрешила против него. Вот он с ней и рассчитался.
Джейн глубоко вздохнула.
– Пойдем на кухню.
Она провела Мауру дальше по коридору. В дверях на кухню остановилась и посмотрела на доктора Айлз – та тоже застыла на пороге, онемев от того, что увидела.
Там, на кафельном полу, был нарисован большой красный крут – рисовали, похоже, мелом. По кругу, в пяти местах, виднелись лужицы расплавленного и застывшего черного воска. "Свечи", – решила Маура. А посреди круга была установлена отрезанная голова – глаза глядели прямо на них.
Круг. Пять черных свечей. "Ритуальное жертвоприношение".
– А ведь мне сейчас нужно возвращаться домой к дочурке, – сказала Джейн. – Утром рассядемся дружно вокруг елки, раскроем подарки, и все будут считать, что на земле царят мир и покой. Только я не смогу отделаться от мысли... что вот эта штуковина... смотрит на меня. Счастливого Рождества, черт возьми!
Маура проглотила комок.
– Узнали, кто она такая?
– Ну, я пока не притаскивала сюда на опознание ни друзей, ни соседей. "А вы узнали голову на полу в кухне?" Но судя по фото на водительском удостоверении, можно сказать, что это Лори-Энн Такер. Двадцать восемь лет. Шатенка, глаза карие. – Джейн отрывисто рассмеялась. – Сложим вместе все части тела – примерно это и получится.
– Что еще о ней известно?
– Мы нашли у нее в сумочке корешок чековой книжки. Работала в Музее науки. Кем – неизвестно, но, судя по обстановке в доме и мебели... – Джейн заглянула в столовую, – зарабатывала негусто.
Тут послышались голоса и шаркающие шаги – пришли криминалисты. Джейн тут же поприветствовала их с присущей ей нарочитой самоуверенностью. Такая вот она, решительная детектив Риццоли, которую все знают.
– Салют, ребята, – сказала она двум криминалистам, которые вместе с Фростом осторожно прошли в кухню. – У нас тут есть для вас кое-что интересное.
– Господи, – прошептал один из криминалистов. – А где же остальное?
– В разных комнатах. Может, хотите начать с... – она вдруг осеклась и вся напружинилась.
На кухонном столике зазвенел телефон.
Фрост стоял к нему ближе всех.
– Что скажешь? – спросил он, взглянув на Риццоли.
– Ответь.
Рукой в перчатке Фрост осторожно снял трубку.
– Алло! Алло!..
И через какое-то время положил ее обратно.
– Повесили трубку.
– А что на определителе?
Фрост нажал на кнопку просмотра входящих звонков.
– Номер бостонский.
