— Плохо. Я рассчитывал на минуту тридцать пять, — отвечает презрительно Павел. На лбу у него выступают морщины.
— Да брось ты. До тебя им не добраться. Ты один здесь такой псих. Ставлю бутылку рома, что ты выиграешь.
— Так я не сомневаюсь, что выиграю. Просто я должен был проехать лучше, — начал себя казнить Павел.
Тут я решаю вмешаться в разговор.
— Так с тобой же был я. Машина была тяжелее!
— Напротив, ты придавал уверенности, которая должна была позволить преодолеть это расстояние еще быстрее.
— Ты точно псих, — сказал парень и пошел обратно к линии финиша, так как по рации ему передали, что на старте следующая машина.
Паша сел на поваленное дерево на обочине и достал пачку сигарет. Впервые вижу, чтобы он курил. Я как-то не мог представить себе его с сигаретой. Есть такие люди, которым просто не подходит курение. Может, дело во внешности или образе. Например, мой отец никогда не курил, и я его с сигаретой даже представить себе не могу.
Он закурил, и мне тоже захотелось. Я никогда не курил постоянно. Мог иногда закурить во время вечеринок или в перерывах между парами в университете. Либо же, когда встречал курящую девушку, которая мне очень нравилась. Чтобы стать немного ближе к ней, я тоже курил. Сейчас у меня возникло именно такое чувство. Я хотел сделать то же, что и Паша.
— Не угостишь сигаретой?
— Ты же не куришь!
— С чего это ты взял?
— Знаю, — Паша сказал это, не глядя на меня, затем прикурил и протянул мне сигарету. Я сел рядом. Противный дым наполнил мой рот, потом — легкие. Я не курил уже где-то полгода и чуть не закашлялся, но остановил себя через силу. Паша посмотрел на меня и усмехнулся.
— Противно, да? А если бы я сейчас вогнал в вену дозу героина, ты тоже угостился бы?
— Что ты этим хочешь сказать?
— То, что ты слабое бесхребетное существо, червяк, — ответил он.
Он даже не понимает, что второй раз за пять минут оскорбил меня.
— Ты не слушаешь и не знаешь себя, а лишь пытаешься подстроиться под окружающих. Вот только что я тебя назвал червяком. А ты молчишь. Почему ты не ударил меня за это? Или хотя бы не попытался возразить?
— Разве Иисус не учил, что, если ударили по одной щеке, нужно подставить другую? — я решил задеть моего обидчика за живое.
— Учил. Но ты не веришь в Него. Так что же тебе следовать Его советам? Нет. Ты боишься, что пропадешь без меня.
— Так зачем же ты такое говоришь, если якобы видишь меня насквозь? — я докуриваю сигарету и прошу еще одну, которую он так же прикуривает для меня. — Нравится издеваться надо мной? Бог, который властвует над простыми смертными… Хочешь почувствовать власть?
— Нет. Я не хочу власти. Это желание я давно поборол. Оно делает человека порочным. Ничто так не портит, как власть. Я хочу, чтобы ты понял, чего хочешь. Если я не могу заставить тебя познать Бога, то, может, хоть открою тебя для тебя же.
— Мне непонятны твои методы.
— А мне — твое поведение. Ты уже исковеркал свою жизнь, пытаясь понравиться девушке и совершая поступки, совершенно тебе не подходящие. Мало! Теперь ты еще хочешь заразиться вредными привычками.
— Но ты ошибся. Я курю.
— Дело твое. Куришь — кури. Я не могу указывать тебе, как жить.
— А зачем куришь ты, если говоришь, что это вредно?
— Нравится, — он прикурил очередную сигарету.
— Паша, скажи честно, что ты планируешь делать со мной? — обреченно спросил я, раз уж мы решили поговорить откровенно.
— Я хочу помочь тебе… Но для начала убедиться, что никто из этих любителей не проедет дистанцию и за минуту пятьдесят.
Опять он перевел тему. Затем встал и направился к двум водителям, которые успели финишировать, пока мы сидели.
Как и ожидал Павел, оставшиеся гонщики не достигли его результата. Второе место занял мужчина средних лет, самый старший из всех здесь присутствующих. Его результат составил минуту и пятьдесят четыре секунды. Гонка закончена. Все радуются, смеются, поздравляют победителя. Только мне одному совсем не до веселья. Бесхребетное существо. Я не злюсь на Пашу. Он сказал правду. Такой я и есть. И такой человек недостоин Ольги. Ко мне постоянно подходят люди, знакомятся, я стараюсь улыбаться, но через силу. Пожимаю им руки, что-то отвечаю, но не осознаю сказанного. Все происходящее вокруг я воспринимаю словно наблюдатель со стороны. Мое сознание закрылось изнутри, я пытаюсь справиться с переживаниями. Я — никчемный паренек, который ничего не может добиться в жизни. Везде я чужой.
Закрываю глаза. Всплывает образ Оли. Мне хочется убежать отсюда, провалиться сквозь землю. Как я мог быть таким идиотом и влюбиться с первого взгляда? Я ее даже не знаю. Я люблю образ, который построен в моем сознании. Так сильно, больше жизни. И теперь мне противна та реальность, в которой я живу. Какой я беспомощный. Хочется выпить. Осматриваюсь по сторонам. Невдалеке возле открытого багажника стоят парень с девушкой, они разливают шампанское. Подхожу, и, не успевая разглядеть их, спрашиваю:
— Не угостите? Хочу горло промочить.
