— Спасибо. Но что ты сможешь сделать? — довольно вежливо ответил я.
— Точно еще не знаю. Например, можно попытаться сделать так, чтобы твоего напарника посадили, а тебя выгородили, как случайно связанного с ним человека. Посмотрим, может, вообще замнем эту историю.
— Ты правда готов так впрячься за меня? Что от меня потребуется взамен?
— Бабло. Конечно, потребуются деньги. И немалые. Не мне. Но в таком деле замешано много людей. Ты же понимаешь, что никто ничего бесплатно делать не будет.
— У меня есть немного денег. Если потребуется, я могу продать машину или квартиру, — я начал размышлять, где могу взять деньги, которые должен буду отдать малознакомому человеку. А вдруг это все сделано ради денег?! Хорошо разыгранный спектакль. Оберут меня и потом сдадут мусорам?
— Я заплачу. Я уже сказал тебе, Дима! — резко вставляет Паша.
— Да не надо. Спасибо, конечно. Ты и так сделал для меня больше, чем я мог даже надеяться. Я найду деньги.
— Я заплачу, но в свое время потребую от тебя взамен одну услугу, и ты не сможешь мне в этом отказать. А сейчас где ты возьмешь деньги? Придешь домой, и как ни в чем не бывало продашь свою квартиру или машину, а потом будешь дальше скрываться? Я небедный человек.
— Какую услугу, Паш?
— Не сейчас. Но будь уверен, что, возможно, ты ее выполнишь с большим удовольствием.
Я испугался, что это касается Ольги. Может, он влюблен в нее, а сейчас помогает мне, чтобы в свое время попросить меня не приближаться к ней больше? На что мне свобода без нее?
— Это касается Оли? — мой вопрос вызвал недоуменный взгляд Димы. Видно, не все рассказал Паша. Мои подозрения только усиливаются. Паша сделал глубокий вдох и выдох, провел рукой по волосам, как бы расчесывая их пальцами, и через несколько секунд попросил Диму выйти ненадолго. Тот не заставил себя ждать. Затем Паша посмотрел прямо мне в глаза. Только сейчас я заметил, какие темные у него глаза. Карие, почти черные. Он прикусил губу и сказал:
— Давай не будем вспоминать Ольгу и клуб в присутствии других людей. Хорошо? Дима в курсе многих событий. Я ему доверяю полностью. Он — очень хороший человек. Много раз выручал и не отвернулся от меня в тяжелые времена. Он — один из немногих, кто знает мои секреты. Но на его месте мог бы быть другой человек, который стал бы задавать много лишних вопросов. Я искренне хочу помочь тебе. И тебе нужно научиться доверять мне. У тебя нет другого выхода сейчас. И ты это должен понять.
— Прости. Но ты ему рассказал о моих проблемах с законом, так что я и подумать не мог, что упоминание Оли так разозлит тебя.
— Я вовсе не злюсь, а пытаюсь быть с тобой предельно честным, насколько позволяет сложившаяся ситуация. Как бы я ни доверял Диме, некоторые вещи ему не стоит знать. Что касается твоего вопроса — да, это касается ее, — ответил он, глядя прямо мне в глаза.
Мои худшие опасения подтверждаются. Он действительно хочет, чтобы я не приближался к ней. Теперь я понимаю, что произошло. Паша, богатый молодой человек, вступил в клуб «Ритц». Там он встретил Олю, влюбился в нее. Получив отказ, он ушел в депрессию, и спасением для него стал Бог. Но это не смогло притупить его чувства. Теперь он возненавидел клуб за то, что Оля — в нем, и не желает быть с ним.
— Ты ее любишь?
— Хм, — улыбается мой собеседник. — Боишься, что я могу быть твоим конкурентом?
— Нет. Ты ее знаешь намного дольше, а значит, она уже отшила тебя много раз. А если ты хочешь запугивать меня, то у тебя ничего не выйдет.
— Сережа, я хочу быть тебе другом. Почему ты так упорно хочешь видеть во мне дурное? Ну что же, если хочешь правды, то я очень люблю ее.
Худшие опасения подтверждаются. И он даже не скрывает этого. Может, и Дима сейчас поглядывает за нами, посмеиваясь над моей ничтожностью. Что делать? Я встаю и начинаю кругами ходить вокруг стола, потупив взгляд. Паша что-то говорит. Я не слушаю. Надо сейчас же покинуть дом и на время скрыться. Кто мог бы мне помочь? Вероника? Один раз она уже вырвала меня из рук мусоров. Но вряд ли станет скрывать меня у себя дома. Старые друзья? Не думаю, что они будут счастливы меня видеть при нынешних обстоятельствах. К родителям! Уж они-то не прогонят, что бы я ни сделал. Но как я мог так попасться на удочку?
— А я ведь поверил, что ты хороший человек и помогаешь мне от чистого сердца, а ты все это время просто хотел удалить своего конкурента. Разве не проще сдать меня в полицию? — вырвалось у меня.
— Присядь, не стоит так горячиться, — говорит он спокойно. — Я действительно хочу тебе помочь. И я не буду просить тебя удаляться от нее. Если она найдет свою судьбу рядом с тобой, я буду только счастлив. В мире мне нет никого дороже, чем Олечка. Сядь. Тебе пришлось многое пережить, и я могу представить, каково тебе. Но мой тебе совет: где бы ты ни находился, как бы себя хреново ни чувствовал, не спеши обвинять других. Потом можешь сильно об этом пожалеть.
— Да я не понимаю, что происходит. Дай закурить, — прошу я сигарету, сам не зная почему, так как курить мне не хочется.
