- Больше сорока фунтов ему не понадобилось бы, - мрачно произнес молодой человек. - Но без них путь ему прегражден. Правила наши суровы и не допускают исключений. Сорок фунтов с души. Что за проклятая жизнь, когда человеку без денег и умереть нельзя?
Принц и полковник обменялись взглядами.
- Объяснитесь, - сказал последний. - Мой бумажник при мне и, кажется, не совсем пуст. Незачем говорить, что я готов поделиться всем, что у меня есть, с Годолом. Но я должен знать, для чего. Вы обязаны нам точно все разъяснить.
Молодой человек словно внезапно очнулся от сна.
Он перевел взгляд с одного из собеседников на другого, и краска залила его лицо.
- А вы не смеетесь надо мной? - спросил он. - Вы в самом деле разорены дотла?
- Что касается меня - вне всякого сомнения, - сказал полковник.
- А что касается меня, - сказал принц, - я, по-моему, вам это доказал. Ибо кто, кроме совершенного банкрота, станет швырять деньги в огонь? Мои действия говорят за себя.
- Банкрот? - задумчиво протянул молодой человек. - Пожалуй. Или миллионер.
- Довольно, сударь, - сказал принц. - Я не привык к тому, чтобы мое слово подвергалось сомнению.
- Итак, вы разорены? - повторил молодой человек. - Разорены, как и я? Привыкнув не отказывать себе ни в чем, удовлетворять малейшую свою прихоть, вы наконец дошли до той точки, когда у вас остается возможность выполнить только одно, последнее, желание? И вы, - по мере того как он говорил, его голос становился все глуше, - и вы готовы позволить себе эту последнюю роскошь? Вы намерены с помощью единственного, безотказного и самого легкого способа избежать последствий собственного безрассудства? Вы хотите улизнуть от жандармов собственной совести через единственную дверь, оставшуюся открытой?
Молодой человек неожиданно оборвал свою речь и через силу засмеялся.
- Ваше здоровье! - вскричал он, осушая бокал шампанского. - И покойной вам ночи, господа веселые банкроты!
Он поднялся было со стула, но полковник Джеральдин удержал его за руку.
- Вы нам не доверяете, - сказал он. - Напрасно. На каждый из ваших вопросов я готов ответить утвердительно. Впрочем, я человек не робкого десятка и намерен называть вещи своими именами. Да, мы тоже, подобно вам, пресытились жизнью и твердо решили с ней расквитаться. Раньше или позже, вдвоем или порознь, мы решили схватить смерть за косу. Но поскольку мы повстречались с вами и ваше дело не допускает отлагательства, пусть это случится нынче же ночью - тотчас же - и, если вы согласны, давайте пойдем ей навстречу втроем. Такие бедняки, как мы, - воскликнул он, - должны войти рука об руку в царство Плутона, поддерживая один другого среди теней, его населяющих!
Джеральдин точно попал в тон взятой на себя роли. Принц даже был несколько обескуражен и метнул в своего наперсника тревожный взгляд. Между тем краска вновь залила лицо молодого человека, и глаза его засверкали.
- Нет, нет, я вижу, вы для меня идеальные товарищи! - вскричал он с каким-то отчаянным весельем. - Итак, по рукам! - И протянул холодную, влажную руку. - Вы и понятия не имеете, в каком обществе вам предстоит выступить в поход! И в какую счастливую для себя минуту, вы согласились отведать моих пирожных с кремом! Я всего лишь рядовой боец, но рядовой боец великой армии. Я знаю потайную калитку в царство Смерти. Я с нею накоротке и могу препроводить вас в вечность без всяких церемоний. При этом уход ваш не вызовет никаких кривотолков.
Оба собеседника принялись горячо уговаривать его покончить, наконец, с иносказаниями.
- Можете ли вы вдвоем наскрести восемьдесят фунтов? - спросил он.
Джеральдин для вида пересчитал наличность в своем бумажнике и ответил утвердительно.
- Да вы баловни судьбы! - воскликнул молодой человек. - Сорок фунтов с каждого - вступительный взнос в Клуб самоубийц.
- Клуб самоубийц? - повторил принц. - Это что еще за штука?
