Кира ощутила неприятный холодок под ложечкой. Неужели речь идет о ее драгоценном Вовике? Но нет, оказалось, не о нем. Милейший толстяк господин Петрушкин — любитель рыбалки и прекрасных женщин, вот кто был намечен магистрами тайного «Союза Четырех» для полного физического устранения!
Когда подруги осмыслили услышанное, они покрылись холодным потом. До чего же все оказалось запутанным и странным. Арнольду поручают устранить его соседа. И добро бы этим соседом оказался противный Валера, можно почти с уверенностью предположить, что в этой ситуации Арнольд выполнил бы задание и прошел Посвящение в «союзники». Так нет же! Бедняге не повезло. Ему поручили устранить добродушного толстяка.
— Слушайте, а может быть, ограбление загородного дома Петрушкина тоже дело рук этих «союзников»?
В самом деле, дом господина Петрушкина подвергся нападению грабителей. Правда, их спугнула сигнализация. Но сам факт уже настораживал. Сначала Петрушкина хотят убить. А когда это не получается, его сейф пытаются ограбить. И грабят. Не важно, что там не было денег, одни бумаги. Бумаги ведь тоже могут чего-то стоить.
— Сдается мне, что тут дело не столько в самом Петрушкине, — сказала Кира. — Обманули тебя, Арнольдик.
— Ага! Кто в наше время мстит за поруганную честь. В наше время иные мотивы для убийства!
— Деньги!
— Ценные сведения, которыми жертва не хочет поделиться!
— Но в конечном счете все равно деньги!
— А денег у господина Петрушкина много.
Арнольд молчал. Да и что он мог сказать? Неудачник! Малодушный киллер! Недотепа! Даже в «Союз Четырех» его не приняли. И за что только такое недоразумение любит Галочка?
Однако, что бы там ни думали подруги про Арнольда, он мог им еще здорово пригодиться. И в первую очередь для того, чтобы поближе подобраться к этим «союзникам», а следовательно, и к Вовику, и к Петрарке. Ведь еще не факт, что тот мертв. Но прежде Арнольда следовало накормить, напоить и согреть, потому что голодный мужчина ни на что не годен.
И потом, после захода солнца поднялся ветер. И если разгоряченные подруги его просто не замечали, то их единственный мужчина буквально посинел. То ли от переживаний, то ли от холода. Во всяком случае, ничего внятного он теперь не говорил. А только клацал зубами и трясся словно в ознобе.
С целью привести мужика в приемлемое для допроса состояние подруги вернулись в гостиницу.
— В номере сидеть не буду, — капризничал Арнольд. — Хочу к людям. Что я как загнанный зверь?
К людям так к людям. Подруги и не возражали. Тем более что при гостинице имелся совсем неплохой ресторанчик. Выбор блюд тут был ограничен, но зато каждое из них готовилось тщательно и без обвеса. Подруги заказали сытный ужин на всех четверых и большой, очень даже большой графинчик водки, которую щедро влили в Арнольда. Почти целиком.
— А после первой не закусывают, — сообщила Арнольду Леся, ловко отнимая у него с вилки маринованный грибок.
— Между первой и второй — перерывчик небольшой, — добавила Кира и предложила в качестве закуски стакан томатного сока с солью, с черным и красным перцем.
И напрасно бедный исстрадавшийся мужик отбивался и возражал, что он не пьет, а тем более водку.
— Все не пьют! — целеустремленно подливая ему новую порцию, говорила Леся.
— Но все напиваются, — поддакивала Кира, подкладывая наконец Арнольду свиную котлетку, на которую тот радостно набросился.
Галочка ничего не говорила. Она только задумчиво гладила своего мужчину по голове, словно он был несмышленым мальчишечкой, попавшим в передрягу, и нуждался теперь в мудром совете своей мамочки. Молчаливо поощряя тем самым действия подруг по подпаиванию и подкармливанию Арнольда. В результате Арнольд наелся и напился. И язык у него действительно развязался.
Правда, сначала он принялся было снова жаловаться на свою участь и стонать, но Кира живо пресекла это безобразие.
— Арнольдик, а как ты сам узнал про этот «Союз Четырех»?
Арнольд поперхнулся рюмкой водки, которую опрокидывал в этот момент в себя. У него уже давно покраснели белки глаз. А слетающие с губ слова становились все злее и злее. Похоже, Арнольд принадлежал к той категории людей, кого спиртное делает агрессивным. Галочка пыталась его успокоить, поглаживая по плечу. Но Арнольд с раздражением сбросил ее руку с себя.
— Чтобы ему сгореть! — пожелал он неведомому недоброжелателю. — Я думал, вот повезло! А он втравил меня в такую дикую историю! И добро бы меня одного. А то и брат пострадал. И Вовка!
Оказалось, что предложение вступить в общество «союзников» поступило Арнольду от одного друга их семьи. Очень положительного товарища. Ректора одного из санкт-петербургских высших учебных заведений. Человека во всех смыслах преуспевающего. Такому не захочешь, да поверишь. А тем более, что Арнольд хотел верить.
Честолюбивый молодой человек мигом просек выгоду, которую сулит ему это предложение. Стать «своим» для целой кучи полезных людей! Об этом можно только мечтать.
