Клубок со змеями полностью

Звуки резко прекратились. Я стоял еще несколько минут, вслушиваясь в ночное безмолвие, но больше ничего не заметил. Лишь ветер продолжал шелестеть среди пальм, да факелы трещали возле дороги. Решив больше не задерживаться, я развернулся и продолжил путь на восток.

«Наверняка, какие-нибудь кошки друг с другом поцапались. Незачем отвлекаться. Мне нужно попасть на ту сторону. Зачем? Просто надо и все».

Я отошел шагов на десять, когда услышал позади себя голос:

— Уже уходишь?

Я чуть не подпрыгнул. И дело было не только в том, что голос прозвучал внезапно. Прежде всего, меня удивило то, что я узнал его. Узнал, и он меня напугал. Напугал не только неожиданностью. Ибо сей голос не мог звучать на этом свете. Его обладатель был мертв!

— Эй, — продолжал он, — нам же нужно еще допить этот кувшин!

Я застыл, но не стал оборачиваться. Не хотел оборачиваться.

— Я что, чем-то обидел тебя? Почему ты меня не замечаешь?

Чувствуя, как сердце бешено колотится в груди и, в то же время, сжимается от страха, я медленно обернулся. Возле подворотни, из которой недавно доносились подозрительные шорохи, стоял…

«Нет, этого не может быть! Это невозможно!».

Я хотел броситься наутек, но ноги будто вросли в известняк. Быстро зажмурив глаза, я вновь их открыл, надеясь убедить себя в том, что это просто наваждение или игра света. Но нет. Он продолжал стоять там, рядом с проходом. Факел освещал его мертвенно-бледное толстое лицо. Под белой рубахой вздымался полный живот. Жуткий образ дополняла улыбка на его губах. И то, что она была не зловещей, а какой-то печальной, лишь усугубляло картину. А глаза… они такие пустые, отрешенные. Правой рукой он удерживал кувшин с вином, а левой опирался о столб. Его слегка шатало.

— Давай же, Саргон, пойдем. Нужно прикончить этот проклятый кувшин!

Я нашел в себе силы разлепить пересохшие губы, хотя это было непросто:

— Я не могу, Сему.

— Почему?

— Мне нужно идти.

Его улыбка стала еще печальнее, от чего по моей спине пробежали мурашки.

— Ну… это… жаль, — вздохнул он, — я бы посидел с тобой напоследок.

— Напоследок? — вздрогнул я.

Он не ответил, продолжая грустно улыбаться и смотря невидящим взором в пустоту.

— Что значит, напоследок, Сему? — с дрожью в голосе повторил я.

— Бойся орла, Саргон, — все тем же тоном произнес он. — бойся хеттского орла!

— Что? — непонимающе переспросил я. — Какого еще орла? И как ты здесь оказался? Тебя же убил Бел-Адад!

Сему снова вздохнул, но этот вздох нисколько не походил на те, что я слышал от него на протяжении многих лет. Он был полон горечи и печали:

— Эх, Саргон, ты многого не знаешь… Так ты останешься выпить со мной?

Внезапно на какой-то миг я будто потерял контроль над собой и сделал шаг навстречу. Но уже через секунду, словно что-то прошло через мое тело, подобно молнии.

Я резко ответил, сбрасывая наваждение:

— Нет. Мне надо идти, я же сказал.

— Тогда пусть Шамаш осветит тебе путь, — пробормотал Сему, разворачиваясь и уходя обратно в темноту подворотни. — Но помни — бойся хеттского орла.

Его шаркающие шаги стихли, и я остался в полном одиночестве посреди Дороги Процессий, обдуваемый холодным ветром. Теперь мрак и звенящая тишина казались мне не просто гнетущими. От них волосы на голове вставали дыбом.

— Чем быстрее я доберусь туда, куда нужно, тем скорее весь этот кошмар закончится, — произнес я, испугавшись собственного голоса.

Я продолжил движение, неосознанно ускорив ход. Пока мои шаги глухо раздавались по округе, я старался убедить себя в том, что мне все это померещилось. Что это — всего лишь нехорошая шутка моего разыгравшегося воображения или вовсе сон.

«Да, наверное, это просто неприятный сон. Хоть и очень реалистичный. Скоро я проснусь в своей хижине, сделаю парочку глотков холодной воды, и все будет в порядке».

Придя к такому утешительному выводу, я зашагал слегка увереннее. Но до конца развеять сомнения, что это лишь сновидение никак не удавалось.

Впереди показался мост через Евфрат. Я уже слышал, как вода плещется под его аркой. Однако все мое внимание было сосредоточено на лавке торговца, приютившейся рядом с мостом.

«Странное место для торговли, да и время неподходящее».

Хозяин лавки находился под навесом и равнодушным голосом зазывал покупателей, которых не наблюдалось.

— Свежие фрукты, спелые орехи, медные кубки…

И вновь я узнал этот голос. И снова мне захотелось бежать, куда угодно, лишь бы быть подальше от этого места. Но словно неведомая сила влекла меня туда. Сила, которой я не мог противиться. Подойдя вплотную, я обнаружил, что прилавок пуст. Ни еды, ни утвари. Но торговца я узнал, несмотря на то, что его скрывал сумрак.

Хазин.

— Свежие фрукты, спелые орехи, медные кубки…