Январь 1934 года ознаменовался для СССР скоплением грозовых туч на внешнеполитическом горизонте. Начавшееся советско-польское сближение было сорвано Варшавой. 26 января 1934 года была опубликована германо-польская декларация о ненападении.
Угроза германо-польского сближения и сотрудничества тревожила советское руководство. Из сообщения советского агента, внедренного в окружение влиятельного предпринимателя Флик-Штегера, о переговорах фон Папена с Парижем, можно было сделать вывод о возможности тайного соглашения между Германией, Польшей и Францией против СССР. В сообщении от 24 июня 1932 года говорилось: «За уступки Германии Польшу обещают вознаградить в широкой мере в сторону Советской Украины… Англия, видимо, вначале останется доброжелательным наблюдателем в случае союза Франции, Германии и Польши против Советского Союза, но, если эти страны пойдут походом на Украину, Англия постарается захватить Крым и под видом освобождения Грузии овладеть нефтеисточниками Кавказа».
На восточном направлении тоже дела обстояли неважно. Акты японской агрессии в Китае вызвали активное противодействие СССР. Советское руководство предприняло серьезные шаги по укреплению безопасности Дальнего Востока, увеличив количество войск в Особой Дальневосточной Краснознаменной армии и число боевых кораблей на Тихом океане. В первую пятилетку на Дальнем Востоке были созданы новые экономические и оборонные центры.
СССР перешел в контрнаступление на китайской территории, на северо-западе Китая в Синьцзяне. Этот регион — Синьцзян, или Восточный Туркестан, — граничащий с Афганистаном, Индией, Монголией и Советским Союзом, имел важное стратегическое значение. Здесь у СССР были преимущества перед Японией: близость территорий, буфер в виде Монголии, хорошо налаженная система коммуникаций, связывающая Синьцзян с советской Средней Азией.
Разгром основных сил басмачества способствовал усилению советского влияния в Северо-Западном Китае. В Восточном Туркестане с 1931 года активно действовали войска Красной армии, уничтожавшие базы басмачей в приграничном районе.
Басмачи представляли угрозу и для китайской администрации. В июне 1932 года была проведена первая совместная китайско-советская военная операция по разгрому басмачей в Западном Синьцзяне. Операция была настолько эффективна, что часть басмачей сочла за благо вернуться в СССР и продолжать борьбу с Красной армией непосредственно на территории Средней Азии.
Политика советского правительства в этом регионе оказалась продуманной и успешной. В Синьцзяне преобладали три основные силы: провинциальное китайское правительство, русские белогвардейские части, тюрко-исламская республика Восточного Туркестана. Белогвардейцы были слишком малочисленны, чтобы удерживать ситуацию под контролем. Они даже оказались на грани физического уничтожения, с трудом удерживая главный город Синьцзяна Урумчи и отбиваясь от десятков тысяч конных исламистов.
Москва решила резко увеличить помощь китайской администрации и белогвардейцам. В сентябре 1931 года советское правительство продало Урумчи военные самолеты, пилотируемые советскими летчиками. Действия авиации наводили панику на конные отряды мусульман.
Русские белогвардейские части были реорганизованы и поставлены под прямой контроль офицеров Красной армии, которые либо назначались на командные должности, либо присылались в качестве летчиков. Под контроль советских представителей была поставлена и Бараньчи — секретная полиция.
Важнейшей задачей советского руководства была нейтрализация агрессоров. С этой целью страна вступила в 1934 году в Лигу Наций и активно поддерживала французскую дипломатию в деле создания системы коллективной безопасности в Европе.
Вторая пятилетка шла под сталинским лозунгом «Кадры решают все». Если прежде основное внимание уделялось количественным показателям, то теперь на первый план вышли качество, рентабельность, подъем производительности труда. В результате к концу второй пятилетки в крупной промышленности производительность труда намного превысила плановые задания и возросла на 82 %.
Произошло заметное усиление интенсификации производства. Валовая продукция увеличилась по сравнению с первой пятилеткой в 2,2 раза, но при этом число рабочих и служащих росло в 4 раза медленнее, а энерговооруженность увеличивалась в 4 раза быстрее.
Вытеснение экстенсивных методов труда стало отличительной чертой тех лет. Промышленность уже не приносила убытков, став к 1938 году в целом рентабельной. Люди 30-х годов добились важнейшего результата — преодоления технико-экономической отсталости страны, ставшей экономически независимой.
