Ответ был прост. Да, хозяин хотел получить эту сучку Леоверенскую живой. Что ж. Очень жаль, но ничего не получится. Она причина смерти Диего. Она должна умереть. Медленно и жестоко. Осознавая, как из нее по капле уходит жизнь, вытекая с кровью из многочисленных ран…
О черрррт!
Так долго как хотелось бы, с ней играть не получится!
Вампиры помешают!
Что ж. Тогда хватит и одного удара. В сердце. Или — по горлу. Чтобы перед смер-тью она хрипела и задыхалась, как подзаборная шавка. Пыталась зажать вену, ухватить кусочек воздуха — и понимала, что все — напрасно.
Пусть помучается хотя бы пять минут.
А если уйти после убийства… нет, возмездия!.. не удастся — пусть так и будет. Зато Диего будет отомщен. И сможет спать спокойно. Если за гранью жизни что-нибудь есть, они обязательно встретятся.
Через несколько часов Леоверенская вернется в «Три шестерки».
И остановится в третьем боксе. Там, видите ли, картина работы Даниэля! Гадина! Жаль, что тогда оторвали голову Даниэлю, а не этой стерве!!!
Надо успокоиться.
Надо обязательно успокоиться.
И достать хоть какое-нибудь оружие.
Можно убить эту гадину и голыми руками, но такой способ займет больше вре-мени. А значит больше вероятность попасться. К тому же — чужой нож или пистолет на-ведут подозрение на других. И это хорошо.
Кларе не хотелось умирать слишком рано.
Увидеть смерть Леоверенской, увидеть, как подыхает Мечислав, как корчатся под плетьми его прихвостни и молят о смерти сорванными голосами…
Только тогда можно будет уйти к любимому.
Но для начала — оружие.
Клара оглянулась.
Славка дремал на диване.
Жалкий дурак! Да как он мог подумать, что интересен — ей!? Что у нее может быть хоть что-то общее с таким ничтожеством!?
Женщина покривила губы. Она лгала, притворялась, плакала у него на плече, ста-раясь казаться слабой. Она! Одна из сильнейших прим Тулы вынуждена была играть па-ди! И все ради того, чтобы Иван Тульский получил территорию Мечислава, а его союз-ник — эту заносчивую сучку. Скольких сил это стоило, скольких нервов!
Но надо быть справедливой. Славка — не настолько плохое существо. Он искренне любил ее и старался доставить удовольствие. Не его вина, что ей никто не нужен был, кроме Диего.
Боль опять полосанула по сердцу.
Его нет. Ни его сияющих черных глаз, ни густых волос, в которые она обожала зарываться пальцами — ничего нет. И ее тоже нет. Никого нет. И ничего нет.
Клара сходила с ума — и даже не понимала этого.
Рассеянный взгляд скользнул по Станиславу.
