– Если болезнь человека проходит от молитв и поста – значит это диавольские козни. Если же нет – либо это болезнь, либо диавол слишком силен, и надо молиться, молиться и молиться, дети мои.
Ага, класс. Больного, например, эпилепсией, человека – лечить молитвой и постом. Да еще давить ему на психику. Еще же еще сильнее плющить будет. А там он и помрет. «Отчитанный».
– С некоторого времени стала популярной практика массовых «отчиток». Пожалуйста, несколько слов о Вашем отношении к этому явлению, называемому в церковной традиции экзорцизмом? – это какой-то штатский. Странно, почему вдруг такой вопрос. И почему – он? Я думала, первыми пойдут монахи…
– Я отношусь к этому негативно. Не думаю, что сейчас найдутся люди столь высокой духовности, обладающие подобным даром. В Киево-Печерском Патерике, например, есть всего несколько упоминаний об изгнании злых духов. Наверное, враги рода человеческого ослабли с того времени, а у нас появилось множество величайших святых, превосходящих по чрезвычайным дарованиям преподобных Киево-Печерских. Мыслящие подобным образом серьезно заблуждаются. Лукавые духи стали только еще лукавее, а у нас появилось множество так называемых «младостарцев» или «лжестарцев», деятельность которых наносит огромный, иногда непоправимый, духовный ущерб. Кроме того, появились шарлатаны, которые надевают рясы, облачения и устраивают мерзкие «шоу». Развелось множество «матушек», хотя матушками у нас принято называть лишь монахинь и жен священнослужителей, которым устраивают рекламу некоторые ТВ-каналы, промышляющих заурядным колдовством. Но на них попадаются лишь люди, живущие вне Церкви и таинств. Истинные подвижники, обладавшие столь чрезвычайным даром, получали его после многих лет, а чаще десятилетий, проведенных в подвижнических трудах под опытным руководством непрелестных наставников. Эти подвижники веры являли собой образец величайшего смирения, избегая суетной мирской славы, прячась от людского взора. А вот пустоцвет всегда стремится попасться на глаза.
Это переполнило чашу моего терпения. Пустоцвет? Пустобрех! Я вскочила с места.
– Я знаю, что некоторые духовники вместо помощи в борьбе со злом вмешиваются в личную жизнь духовных чад, навязывая им те или иные жизненные решения: где работать, с кем жить и т. д. Что вы можете сказать об этом?
– Это недопустимо. У нас в обители есть хорошие духовники. Это действительно опытные батюшки, а не те молодые люди, которые вчера рукоположились, а сегодня уже имеют штат келейников и десятки, если не сотни духовных чад из числа неофитов, видящих в своих «пастырях» столпов Православия. И уж конечно священник не имеет права как-то диктовать своему духовному чаду, что ему – или ей делать и как жить…
– Конечно, при условии соблюдения заповедей?
– Заповеди – это краеугольный камень нашей веры.
– А слова вашего же Христа – имеют значение?
– Что вы имеете в виду, дочь моя?
– Ну вот, например, Христос выгнал торговцев из храма. А у вас в церкви торгуют. Христос говорил, что все равны – ни эллина, ни иудея, а сколько евреев перерезали в средние века. И даже сейчас вы их не любите. Чуть что – сразу визг поднимается. Жидовский заговор, жидомасонство… А если кто-то принадлежит к другой… национальности или обладает не совсем нормальными способностями? Сразу же отторжение!? Колдун, ведьма, оборотень…
– Юля! – Рокин, возникший словно из воздуха, схватил меня за плечо. – Я думаю, об этом мы поговорим потом. Прошу прощения, братья…
И выволок меня за дверь.
– Юля, ты с ума сошла – говорить о ТАКОМ – в церкви!?
– Рокин! Я вам рога поотшибаю! – разъяренной коброй зашипела я. – Вы меня пригласили поговорить – или лекции послушать?! У меня времени нет на эти глупости!
– А если бы я честно сказал про лекцию – вы пришли бы?
– Нет. И вообще у ваших пастора и попа на редкость неприятные ауры. Такие… протухшие.
– А вы видите ауры?
– Вижу. Вот и вашу сейчас тоже.
– А…
– Золотисто-желто-оранжевая с красным и голубым. Что означает – не знаю. Если толковать по вашему журналу, получается слишком расплывчато. Мне надо больше литературы. А ваши попы почти все красно-коричневые, с оранжевым. Ни желтого, ни белого. Серые тона по всей ауре, у них болячек по самое это самое. Есть черные и такие, грязно-лиловые, грязно-пурпурные тона. Очень противное ощущение от одного взгляда. Вы что-нибудь мне нашли?
– Да, но мало. Вот, возьмите.
Я сунула в сумочку диск, буркнула «мерси в боку» – и направилась к выходу. Рокин не отставал.
– Юля, неужели вам не было интересно?
– Нет.
– Совсем-совсем?
– Ну ладно. Но только чуть. Хотя я надеюсь никогда не сталкиваться с бесноватыми.
– А вы могли бы справиться?
Я пожала плечами. А перед глазами встал Влад – уходящий к своей семье, на небо…
– Для этого нужны другие способности. Мне так кажется.
– Вы и сами не знаете своей силы.
– А вы – знаете?
– Не знаю. Но могу помочь вам разобраться.
– На части? – ехидно поинтересовалась я. Рокин смутился.
– Юля, я же не в том смысле!
– А в каком? Не знаю, но делаю? Чини́те сантехнику с таким подходом!
Рокин понял, что я – зла и перешел к делу.
