Будто на невидимых нитях гроб поднялся на шесть футов над постаментом и полетел, словно медлительная деревянная торпеда. Когда он промчался над скамьями, дядя Сфортунадо выстрелил. Раздались три громких хлопка, подхваченные эхом, и вокруг брызнули щепки. Когда гроб скрылся в темном алькове, Сфортунадо постучал по лбу дулом револьвера, и произнес:
–
– Надо отсюда сматываться, – дрожа, сказал Люк.
Поднявшись, он увидел, как гроб выплывает из сумерек и направляется обратно к алтарю. Люк пригнулся. Дядя Сфортунадо выстрелил еще дважды, когда гроб пролетел над его головой. Щепки посыпались Люку на голову. Он заметил, как гроб накренился и, ускорившись, спикировал на алтарь, сминая металлическое солнце и снеся голову одной из скульптур.
Как только дядя Сфортунадо шагнул к алтарю, крышка гроба сорвалась с петель, и останки Грейси взмыли в воздух. Тело зависло вертикально. Светлый парик Грейси окончательно сполз набок, кожа лица свисала уродливыми складками. Она была белой, как снег; белым был даже язык, а в глазах исчезли зрачки. За ухмылкой зеленых губ виднелись острые клыки.
– Она же гребаный вампир, – выдохнул Люк.
– Лети как крапивник, – сказал Сфортунадо через плечо, и в этот раз Люку не пришлось расшифровывать команду.
Он бросился между скамьями к выходу. За его спиной снова раздались выстрелы, и он оглянулся. Старик торопливо ковылял за ним, жестом приказывая не останавливаться. Грейси корчилась на алтаре, визжа, словно побитая кошка.
Примчавшись к выходу, Люк выскочил на улицу и придержал дверь для дяди Сфортунадо. Прихрамывая, тот спешил изо всех сил, но ему оставалось преодолеть еще полпути. Грейси уже пришла в себя и снова воспарила над алтарем.
– Скорее! – крикнул Люк.
В тот же миг, когда Сфортунадо добрался до выхода, Грейси бросилась за ним. Люк схватил старика за руку и буквально выдернул наружу, захлопнув дверь. Раздался глухой удар.
– Она не остановится, – старик прислонился к двери и, согнувшись в три погибели, пытался отдышаться. Между вздохами он поднял палец и продолжил: – Но до рассвета ей из церкви не выбраться.
Дядя Сфортунадо усмехнулся и снова перевел дух.
– Я знал, что она
– Она не сможет выйти? – спросил Люк.
– Я же сказал. Позвони Дарин, расскажи ей про
Достав телефон, Люк сделал, как велено, несмотря на то, что ему хотелось бегом бежать до самого дома и усесться в наушниках за компьютер. После долгих гудков Дарин ответила.
– Вы хоть понимаете, на что вы меня подписали?! – выпалил Люк.
– Хватит ныть, – ответила Дарин, – уже полночи прошло.
–
Вместо ответа Люк услышал топот ног Дарин и ее крик:
– Папа, Грейси
Прошло две минуты, прежде чем Дарин снова взяла трубку. Дядя Сфортунадо доковылял до каменной скамьи у входа и, охнув, сел.
– Никуда не уходи, – сказала Дарин по телефону. – Мы скоро приедем.
– Твой дядя сказал, чтобы вы приезжали с оружием. Дарин, что вообще происходит?
Она повесила трубку. Люк подошел к скамье и уселся рядом со стариком.
– Безумие какое-то, – сказал он.
Сфортунадо улыбнулся:
– Настоящее безумие начнется, если мы ее не убьем.
– «Мы»? Ну уж нет, – ответил Люк. – Я сваливаю.
Старик отмахнулся от него:
– Трусам не достается сокровище.
– Какое еще сокровище?
– Если убить
– Да вы спятили, – сказал Люк.
– Вот такой большой, – Сфортунадо сжал руку в кулак. – Поможешь убить
– И как убить
– Гмм, – задумался старик, покачиваясь взад-вперед. – Иногда совсем нетрудно. Стреляешь, стреляешь, стреляешь, пока
– Чем?
– Медным гвоздем. Вот такой длины, – Сфортунадо расставил большой и указательный пальцы на расстояние шести дюймов. – Бить надо сюда, молотком, – он прикоснулся к центру лба и изобразил могучий удар. – Паф, и конец.
– А если она достанет меня первой?
–
– Почему?
– Это у них в крови. Раньше люди называли это одержимостью демонами, бесами, злыми духами. Но мы живем в двадцать первом веке. Можно сказать, что это наследственное заболевание. Из-за него
– Если это наследственная болезнь, откуда в ее ноге взяться алмазу? – с подозрением спросил Люк.
Дядя Сфортунадо пожал плечами:
– Слишком много вопросов. Помалкивай и помоги убить
– А летающий гроб – тоже технология двадцать первого века? – спросил Люк.
–