— Да, это так. Менорис Таимбра быстро выдохлась и была сокрушена ордами варваров, которые вскоре передрались, и сейчас их потомки влачат жалкое существование… Но я имел в виду более давние времена. Немного раньше Менорис Таимбры был Ук-Обе-Экла, а еще раньше блистала великая империя Нодмохет, погибшая от гражданских войн и генетического вырождения. Однако задолго до Эклы и Нодмохета потрясала Вселенную великая и прекрасная империя Лиар.
— Мы и не знали о столь древних империях, — признался Кумран, в котором вновь проснулся фанат галактической археологии. — Почему же они исчезли?
— По-разному бывало. К примеру, известная тебе Менорис Таимбра создала культ рыцарства. Слишком много этики, слишком много пафоса, слишком много запретов. Это смертельно для любой цивилизации. — Чужак резко повернулся и шагнул к эльдору, нацелив на него громадные капли бирюзовых глаз. — А сам ты откуда?
В электронной памяти истребителя нашлись нужные звездные карты, и Кумран показал Солнечную систему, Землю и Эльдорадо.
— Неужели? — поразился Великий Демон. — Насколько я помню, во времена Лиара планета была заселена очень большими рептилиями… Хотя нет, потом, когда пал Нодмохет, меня снова занесло в эту глушь… Правильно, там появились двуногие особи вроде тебя. Таимы использовали вашу планету как место ссылки мелких преступников.
Кумран приготовился задать кучу важных вопросов, но его собеседник посмотрел в небо и сказал:
— Интересно было поболтать, но летят твои соплеменники, да и мне пора… Думаю, мы еще увидимся. Мне понравился твой друг, сказавший о тех, кто привык жить в огне.
Взмахнув рукой, он исчез. Возникший в шлемофоне голос легкого на помине экс-президента осведомился, может ли «Птеродактиль» подняться на орбиту.
— Хорошо, что ты взлетел сам, — добродушно ворчал Круль. — А то у нас весь борт в пробоинах, ангар с атмосферными капсулами вдребезги. Я с ужасом думал, как будем поднимать тебя гравилифтом. Просто чудо, как истребитель не рассыпался.
— Мне помогли подремонтировать машину, — скромно поведал эльдор.
Он прокрутил запись разговоров с лендаваном и Великим Демоном. Даже «волки» были потрясены, хотя каждый из них повидал среди звезд немало чудес и чудовищ. Сохранил невозмутимость лишь Танталов, сухо сказавший:
— Предсмертные слова лендавана дополняют собранные нами сведения.
— Ты уверен, что говоришь о главном? — полюбопытствовал Круль. — Гигант-экстрасенс — вот сенсация.
— Мы и прежде знали о могущественных соседях.
— Допустим, — согласился Max. — Те придурки, с которыми Кум столкнулся на Кордоне, встречались людям не раз. Но этот…
— Я слышал о них прежде, — отрезал Танталов. — Сейчас для нас куда важнее добраться до ближайшей обитаемой планеты или военной базы, где есть судоремонтный завод, и привести в порядок «Янычара».
Справившись с атласом, Кларисса доложила, что ближайшая планета — Инфлянт. Танталов проворчал, презрительно морщась:
— Мерзкий мирок, но ничего не поделаешь… Кум, запускай струнник.
На общеземном чиновник разговаривал с явным отвращением. Негативные эмоции без труда читались и в тембре голоса, и в надменном взгляде. Инопланетные сограждане были неприятны аборигену, и он не желал этого скрывать. Не выдержав такого хамства, Кумран вызывающе заявил:
— Если ваша верфь не способна выполнить пустяковый ремонт, я вызову буксир, и мы станем на ремонт в системе Тартальи.
Мигом присмирев, клерк понял, какой силы взбучка ожидает его за упущенный контракт, и пробурчал, злобно поглядывая на эльдора:
— Разумеется, верфь справится. Вы получите счет через час.
Во всех мирах Галактического Союза было известно, что Инфлянт населен махровыми националистами. В последние дни Пигмейской войны земная армия заняла пять планет гибнущей Федерации Плеяд, избавив их от поглощения Республикой. Тогда население восторженно встречало солдат-освободителей.
Сегодня инфы называли землян варварами и оккупантами. Местные власти то и дело принимали законы, противоречащие общегосударственным, и всячески притесняли некоренное население, вводили ограничения на въезд сограждан с других планет. Лишь армейский гарнизон и подразделения службы Глобез кое-как удерживали планету в составе Галсоюза: прагматичные аборигены понимали, что не стоит бросать открытый вызов такой силище.
Покинув кабинет, Кумран набрал на видеофоне номер Танталова, доложил ситуацию и добавил:
— Придется здесь задержаться. Ремонт «Янычара» может затянуться.
— Нестрашно, — сказал маршал. — Мне надо кое с кем встретиться.
— Этот кое-кто живет на Инфлянте?
— Кое-кто скоро прилетит на Инфлянт.
Стальной Хосе любил говорить загадками. Пожав плечами, Кумран отправился в техническую службу космодрома и спросил Гарри Буркявичуса, с которым учился на астроинженерном. Тогда, в студенческие годы, парнишка с Инфлянта производил впечатление вполне разумного человека.
