В октябре 1862 г. прибыл во Львов российский писатель Николай Лесков. Он писал: «В город мы въехали около 11-ти часов. День был пасмурный, и моросил мелкий дождик. Долго ездили по разным гостиницам и ни в одной не могли найти трех номеров вместе. Двух номеров тоже нигде не было, и фирман повез нас в какой-то тернопольский заезд. Здесь оказалось очень много номеров, но все они такие грязные, что не было никакой возможности в них остановиться. Слуга, из евреев, все уговаривал нас остаться, перечисляя различные выгоды помещения; однако мы не соблазнились этими выгодами, сели в бричку и велели везти себя снова на улицу короля Людвика, решившись разместиться отдельно в двух соседних отелях. Садясь в экипаж, я хотел посмотреть на часы и остолбенел. Шнурок от часов был перерезан, и золотого ключика уже не было. Со страхом я схватился за карман, но часы были на месте. Спасением моих часов я, очевидно, был обязан тому, что жилет накрепко был стянут сзади и не позволил их вытащить. У нас, под воротами, стояла толпа молодых еврейчиков очень подозрительных. Когда я показал лакею и нашему кучеру обрезанный шнурок от моих часов, ни лакей, ни кучер, ни евреи не сказали ни слова. Толковать было нечего.
На улице Короля Людвика нашли, наконец, два номера в отеле Куна. Номера темные, грязные и страшно сырые, стоят по одному гульдену. Недорого и плохо. Ни чернильницы, ни воды, ни необходимой посуды».
Чуть дальше писатель возмущался тем, что в европейских отелях неведомо такое российское изобретение как «умывальник со стержнем, и Европа сделала бы очень хорошо, если бы усвоила себе наше второе изобретение. Чай здесь пить невозможно, потому что его варят в кофейниках; но это еще ничего: не единым чаем человек жить может; но как жить, не умываясь? А умываться здесь русскому человеку решительно невозможно.
Во всех отелях дают продолговатую фарфоровую или глиняную лоханку, а к лоханке графин с водой, и больше ничего. Из графина наливают воду в лохань, и таким образом полощут в ней свою физиономию. Очень хорошо было бы, если бы поляки обзавелись нашими калужскими умывальниками».
Кофейня и гостиница на Барской, 1.
12 декабря 1918 г. «Gazeta Lwowska» рекламировала: «Чайная для польского солдата. В локале кофейни «Метрополь» — угол ул. Пекарской и ул. Барской. По низким ценам чай и закуски только для польских солдат. Закуски — хлеб с бужениной или мармеладом, пирожные. Вкусный кофе и прохладительные напитки. Чрезвычайный бильярд фирмы Зейфарта до трех ночи».
Построен на ул. Карла Людвика, 45, в 1875 г. по проекту Эммануила Галля, а в 1909–1914 гг. перестроен фирмой М. Уляма в стиле модерного классицизма. В 1914–1939 гг. здесь была гостиница, владелец Йоэль Кац. С 1945 г. — отель «Днепр».
Этот заезд на месте современного кинотеатра «Украина» в глубине двора появился в 1822 г. и занимал весь второй этаж отеля Дрезнера, где останавливалась самая последняя клиентура, потому что это был необычно дешевый и грязный отель. Любили здесь останавливаться русские[10] священники и сельские чиновники и хозяева, которые отличались своей экономичностью.
При отеле была ресторация, где в 50—60-х годах встретились львовские литераторы — Валерий Лозинский, Юзеф Дзержковский, Ян Захарьясевич, Зигмунт Качковский. Именно здесь и произошла роковая драка между Лозинским и известным в те времена журналистом Яном Добрянским. Драка завершилась громким на весь Львов поединком в 1860 г., на котором Лозинский заработал первые шрамы. А годом позже в следующем поединке с журналистом Каролем Цишевским молодой 24-летний писатель, автор исторических произведений о Львове и казаках, погиб.
Здесь в 1882 г. поселился украинский поэт Владимир Самойленко.
Впоследствии отель разрушили и построили в 1872 г. ипотечный банк, часть первого этажа занимал с 1937 г. кинотеатр «Европа».
Основанный в начале прошлого века, находился на ул. Краковской, 69. В 1912 г. в доме Саломона Фридмана на ул. Краковской, 9, нанял какой-то Туртельтауб сорок покоев, на что получил разрешение магистрата, и открыл отель под тем же названием. А тем временем Фридман увидел, что дела у Тур… как его там… идут хорошо, и быстренько в 1914 г. сделал в магистрате такое же разрешение на открытие отеля. Началась судебная тяжба, и только в 1920 г. магистрат признал это право за Тур… как его там. Фридман получил за ущерб 10 дней ареста и удрал в Румынию. В 20-х годах владельцем был Гертрих.
